Она упёртая и гордая, а я не привык сдаваться. Потребность прижать её к своей груди и увезти подальше от всего этого кошмара всё сильнее пульсирует в висках. С одной стороны меня разрывает эгоизм, спонтанная увлечённость недоступностью Яны, желание обладать её телом, с другой — жажда искупить свой опрометчивый поступок по отношению к ней. Не могу позволить себе уйти просто так, прислоняюсь губами к её щеке, чтобы попрощаться, но тёмная сторона во мне толкает скользнуть к её губам и прикоснуться застывшим поцелуем к уголку её рта. Нутро тут же скручивает тугой пружиной, разряд в двести двадцать прошивает затылок, но это ничто по сравнению с её уничижительным взглядом, буравящим мою переносицу. Так бы и впилась в моё лицо ногтями. Чувствую. Ещё миг… Но мне плевать, что будет с нами дальше, потому что я твёрдо решаю добиться этой девчонки любой ценой, готов продать душу, лишь бы заполучить её. Иначе сдохну от ломки — таким наркотиком она стала для меня за один-единственный вечер.
— Я буду ждать твоего звонка, — шепчу в губы и отстраняюсь. Пока она находится в водовороте собственных чувств, шагаю на выход.
— Зень, ты узе уходис? — позади доносится голосок Тимофея, вынуждая меня оглянуться и выхватить взглядом его летящую навстречу фигурку. Ловлю мальчишку, не позволяя врезаться в мои колени. Присаживаюсь на корточки, пытаясь ещё раз изучить его черты.
— К сожалению, мне пора, Тимыч.
— А какзепобибикать? Ты зеобессял! — напоминает, корча вопрошающую рожицу.
— Мы скоро увидимся, обещаю, — подбадриваю его, пожимая детское плечо ладонью.
— А када ты плиедисесё? — с грустью задаёт вопрос, но тут же вскидывает глаза поверх моей головы и весело вскрикивает, переводя внимание на отворившуюся в холле дверь. — Луслан! Лусланплиехал!
— Ох-ох-ох! А кто тут у нас такой большой? — раздаётся за спиной мужской голос. — Как же ты вырос за год. Подарки мои понравились?
— Исё бы! — Тим срывается с места и летит к вошедшему.
Поднимаюсь. Оборачиваюсь, встречаясь лицом к лицу с явным кошмаром Яны. Бросаю на девчонку беглый, оценивающий взгляд, убеждаясь в своей правоте. С ним несомненно у неё не заладились отношения в прошлом, но она не спешит просить о помощи. Интуиция меня никогда не подводила и сейчас говорит о том, что девчонку нужно вытаскивать отсюда, и чем быстрее, тем лучше. Или же я утрирую ситуацию, чувствуя в нём соперника?..
— Отлично! — подытоживает Исаев, следом интересуясь у племянника: — Скучал по Русу? — подхватывает Тимофея на руки.
— Скучал. А сто ты мне пливёз?
Небольшая белая коробочка перекочёвывает из внутреннего кармана пиджака в руки охваченного интересом мальчишки.
— Ух ты! А сто там? — Тим нетерпеливо открывает её, выуживая навороченный девайс.
— Игровой гаджет.
— А я не умею клюцять. Науцис?
— А как же. Пойди поиграй с Натальей. Я скоро к тебе вернусь. Мне нужно поздороваться с гостем и поговорить с Яной.
— Холосо, — Тимофей целует родственника в щёку и убегает на кухню.
— Евгений, — протягиваю руку для приветствия. Руслан покрывает мою ладонь своей, демонстрируя свою власть. Игнорирую этот жест, молча принимая вызов. Он недвусмысленно читается в его прищуренных глазах. — Соболезную вашей утрате, Руслан. Виктория была моей старой знакомой, поэтому я здесь.
— Благодарю, Евгений. Не думал, что увижу пятикратного чемпиона мира Формулы-1 в стенах этого дома, да ещё и при таких обстоятельствах. Кому как не Вам знать высокую цену жизни.
— Жизнь не имеет никакой цены, кроме той, какую она сама себе придает. Часто она себя переоценивает. Есть тонкая грань, по которой мы ходим, балансируя, как по лезвию ножа. Нужно уметь поддерживать баланс…
— Но Вам дважды удалось обхитрить смерть. Вы счастливчик, Евгений. Выбраться живым из груды металла после такой эффектной аварии может только родившийся в рубашке человек. Жаль, моему брату и его супруге не посчастливилось.
— Всего доброго, — ловлю в зеркале отражение ошарашенной фактами Яны и хочется не то, что крыть матом этого черта, а врезать ему в табло, чтобы меньше трепался своим поганым языком, кретин хренов! Теперь ожидание её звонка станет невыносимой пыткой. А она не позвонит, мать её! Гордые девочки не прощают сокрытие информации. Придётся поднапрячь Вала и вспомнить прошлые его грешки.
— До свидания, господин Захаров. Благодарю, что позаботились о нашей Яночке.
Я лишь на мгновение замираю у выхода, зажмуривая глаза, затем оказываюсь на крыльце за считанные секунды, рвано втягиваю прохладный воздух, подавляя острое желание свернуть ему шею.
— Кретин… — цежу сквозь стиснутые зубы, запрыгивая в тачку и трогаюсь с места. Впереди меня ждёт очередной скандал с битьём посуды. Стелла непременно захочет выпустить пар и обиду, бушующие внутри…
Сбавляю обороты, вклиниваясь в поток машин. Дорожный затор в городе начинает подбешивать. Привычка гонять ещё нескоро выветрится из крови. В пору заводить отдельный ящик для штрафов за превышение скорости.
Мысли о Яне полностью завладевают моей головой. До сих пор нервничаю, вспоминая её измученное лицо. Рука сама тянется за мобильным, набирает Завальского.
