185 Сновидения не следует трактовать ни как простое воспроизведение воспоминаний, ни как абстракции из опыта. Они суть неприкрытые манифестации бессознательной созидательной деятельности. Вопреки мнению Фрейда, что сновидения – это исполнения желаний, мой опыт вынуждает меня видеть в них компенсаторную функцию. Когда в ходе анализа обсуждение сознательного материала подходит к концу, активируются ранее неосознаваемые потенциальные возможности. Эти возможности легко могут порождать сновидения. Приведу пример. Некая пожилая дама пятидесяти четырех лет обратилась ко мне за консультацией по поводу невроза, начавшегося приблизительно через год после смерти ее мужа, то есть двенадцать лет назад. Больше всего ее беспокоили многочисленные страхи и фобии. Естественно, она поведала мне длинную историю, из которой я упомяну лишь то, что после смерти супруга она жила одна в прекрасном загородном доме. Ее единственная дочь вышла замуж и уехала за границу. Пациентка получила поверхностное образование, обладала узким умственным кругозором и за последние сорок лет не научилась ничему новому. Ее идеалы и убеждения соответствовали семидесятым годам XIX века. Будучи верной вдовой, она не могла понять, в чем заключалась причина ее фобий; во всяком случае, это не был вопрос морали, ибо она была особой набожной и во всех отношениях достойной. Такие люди, как правило, верят исключительно в физические причины: обычно фобии связаны с неполадками в «сердце», «легких» или «желудке». Однако, как ни странно, врачи не нашли в этих органах никакой патологии. В итоге она не знала, что и думать о своей болезни. Я предложил выяснить, что говорят о ее фобиях сновидения. Последние в то время носили характер моментальных снимков: граммофон, играющий любовную песню; она в образе только что обрученной девушки; ее муж в образе врача и так далее. Было очевидно, на что намекали эти сновидения. Обсуждая проблему, я всеми силами старался не называть их «исполнением желаний», ибо пациентка и без того была склонна восклицать: «О, это не что иное, как фантазии, порой снятся такие глупости!» Было очень важно, чтобы она всерьез отнеслась к этой проблеме и осознала, что та коренится в ней самой. Сновидения содержали ее реальные намерения и должны были быть присовокуплены к другим содержаниям сознания, дабы компенсировать слепую односторонность. Я называю сновидения компенсаторными, поскольку они содержат представления, чувства и мысли, отсутствие которых в сознании оставляет пробел, заполняемый страхом вместо понимания. Пациентка ничего не желала знать о значении своих снов: с ее точки зрения, было бессмысленно думать о вопросе, на который нельзя ответить сразу. Но, как и многие другие люди, она не заметила, что, вытесняя неприятные мысли, создает нечто вроде психического вакуума, который, как это обычно бывает, постепенно заполнился тревогой. Если бы она сознательно предалась размышлениям, то узнала бы, чего ей не хватает, и тогда не нуждалась бы в тревожных состояниях как замене отсутствующего сознательного страдания.
186 Таким образом, очевидно, что врачу надлежит знать сознательную позицию своего пациента, дабы иметь надежную основу для понимания компенсаторной интенции сновидений.
