Размахнувшись, я врезал по замку Аргументом. Внутри действительно оказалась кладовка. Она была заставлена шкафами с мензурками и колбами, на полу у стены в ряд стояло с полдесятка портретов мужчин в бигуди. Лавуазье с Гей-Люссаком я даже узнал — последнего, если что, не из-за того, что он был геем. Видимо, занимая кабинет, Первак приказал убрать из него все лишнее. Может, не любил когда на него со стен смотрели?
Впрочем, основное мое внимание привлекли не картины, а пара деревянных ящиков, стоявших на самом входе. Если бы я только начал пользоваться мертвозрением, то ничего необычного в них бы не заметил. Но я начал давно, а потому обратил внимание на… пустоту внутри них. На эти два ящика мертвозрение будто не распространялось. Можно было бы подумать, что там просто ничего нет, но ощущение было другое…
— Лучше тебе не вставать! — бросил я назад через плечо. За Перваком я не забывал следить.
— Ноги затекли!
Коснувшись крышки первого ящика Аргументом, а аккуратно приоткрыл ее…
— Конечно…
Ящик оказался полон катастров и граундов. Полностью заряженных и готовых к работе. В общей сложности внутри их было не меньше полусотни. Часть амулетов была мне незнакома, но среди прочих я узнал Черты, Огнешары, Спины и Упругие Щиты. Внутренние стенки ящика включая крышку были отделаны слоем белоснежной ткани — и я даже знал какой именно ткани. Небольшой лоскуток такой же остался у меня после синего яйца.
Размышляя о том, что это означало, я откинул крышку со второго ящика…
— Вот же…
Внутри лежали портальные шары. Не один, не два и даже не двадцать два, а по меньшей мере сотня. И самое главное, что все они были объединены. Спаяны стеклянными прожилками, в мертвозрении источавшими густую красноту. Настоящая портальная бомба — не меньше.
Я тут же понял, как именно перенесли мертвецов на Дикий. Их не вылавливали по одиночке, не связывали и никуда не заманивали, их просто собрали в одном месте, а потом…
— ДЭПО.
Слово само у меня вырвалось. Это был способ, которых собирали мертвецов. Организовывали убежище, ждали пока вокруг него скопятся «суперы», а после… устраивали прорыв? Значит, «Кукловод» все-таки был, но я его не нашел…
Я вернулся в класс, и как раз в этот момент зазвонил телефон. Точно, тренер же обещал перезвонить. Я нажал на прием:
— Через полтора часа будем.
— А…
Я осекся. Это был не Михаил Геннадьевич.
— Наручники с него не снимать. С ним самим не разговаривать. Он должен быть жив, но не способен к бегству. Ногу отрубили?
Наверное, стоило бы попытаться сымитировать голос Первака, но я так растерялся, что не нашел ничего лучшего, чем просто сбросить звонок. А после еще несколько секунд как дурак пялился на телефон, пытаясь понять, не почудилось ли мне. Звонил, очевидно, тот самый человек, с которым Первак до этого разговаривал насчет меня.
Казалось бы, повезло. И даже здорово — теперь я знал, сколько осталось времени до приезда перчаточников.
Вот только… голос мне показался знакомым. Очень хорошо знакомым…
— Черт…
— Можешь сдаться, — произнес Первак. — Обещаю, тебя не тронут.
Видимо он решил, что я испугался. Я же смотрел на телефон и ждал: перезвонит или нет?
Дзи-инь!
Черт…
Дзи-инь!
Я нажал на прием…
— Кирилл?
Фу, е-мое!..
— Да, тренер. Что у вас?
— Буров готов принять тридцать человек — группа уже готовится, но у него есть условие.
— И?
— Первак. Буров хочет, чтобы ты его привез.
Этого стоило ожидать. Я смерил взглядом главу Крепости — груз, мягко говоря, нестандартно-габаритный…
— Ладно, — согласился я после секундного раздумья. — Только тут еще одно…
Я рассказал о звонке. Не о своих догадках о том,
— Это все меняет, Кирилл.
— Только не нужно на них нападать! — поспешно проговорил я. — У них наверняка куча амулетов с собой, а может и колдуны есть! Нельзя это делать без подготовки!
— Тут дураков нет, это все и так понимают, — ответил Михаил Геннадьевич, вразумляя меня. — Про полтора часа я понял. Мы уже практически выезжаем. Насчет колдунов я еще позвоню, а твое дело — Первак. Уверен, что справишься?
— Уверен.
— Хорошо. Будь на связи.
Выключив телефон, я перевел взгляд на Первака.
— Трудности? — глянул он на меня в ответ.
— Спасибо, что беспокоитесь. Вас как, кстати, по батюшке?
— Андрей Владимирович.
— Придется нам с вами прокатиться, Андрей Владимирович.
Категорически не хотелось бросать ящики с катастрами и «портальной бомбой», но все вместе я просто не унес бы. По крайней мере, вместе с Перваком.
— Есть два варианта. Первый — я вас понесу. Скорей всего, после этого у вас сильно прибавится шишек. Возможно, шишек, переходящих в переломы.
— А второй?
— Сами пойдете.
— А моя выгода?
— Я же сказал.
— Отсутствие шишек? — Первак покачал головой. — Мало. Еще добавь.
— Шоколадку? — ляпнул я.
Большая часть моего мозга в тот момент была занята мертвозрением. Перед входом в класс уже выстроилась бригада в добрых два десятка человек, не говоря уже о товарищах, что залезли на крышу и, возможно, намеревались в ближайшее время разбить своими телами окна.
