— Это возможно⁈ — поразился я.
Оказалось, что да. Пока остальные обсуждали способы противодействия мертвецам, Михаил Геннадьевич немного посвятил для меня в то, что происходило в мире последний месяц. По приблизительным расчетам магические барьеры окружили центры, по меньшей мере, сотни городов. И не каких-то случайных, а столиц, деловых и политических центров. Регионы, минимально затронутые зомби, еще оставались, но там цвели и пахли другие проблемы: мародерство, голод, передел власти и прочее.
Люди все равно противостояли апокалипсису: организовывали сообщества, обменивались информацией. К примеру, омонцы держали связь с пятью-шестью центрами в России, и со столькими же в ближнем зарубежье. Количество условных союзников постепенно росло, но и зомби не останавливались в развитии. «Суперов» становилось больше, а некоторые из них приобретали по-настоящему пугающие способности. Последнее, чаще всего, внутри Барьеров.
Особенно очевидно это стало, когда в Японии умудрились подорвать Барьер, окружавший Токио. Развившиеся внутри замкнутого пространства «суперы» вырвались «на волю» и буквально истребили все ближайшие к городу убежища. Лекарство оказалось хуже болезни. После, где-то в Америке, подорвали еще один Барьер, и там все вышло еще хуже.
Слушая Михаила Геннадьевича, я задумался, не рассказать ли остальным о «метках»… но так и не решился. Все равно я пока не понял, как их накладывать. Про способности к «управлению» зомби я молчал по той же причине. Выгоды никакой, а доверия ко мне меньше станет.
— Нам нужна помощь колдунов, — произнес я, когда Михаил Геннадьевич закончил меня просвещать. — Из другого мира.
Это я еще во время своего рассказала предлагал, но тогда за это как-то не зацепились.
— Они кашу заварили и теперь помогать будут? — хмыкнул Семеныч. — Шуткуешь парень!
— Я же сказал, что там такой же большой мир, как наш, — пояснил я терпеливо. — Там много стран, у всех свои интересы. Мы можем просто нанять их, заплатить им. Чтобы они, например, сделали нам еще амулетов от мертвецов. Ну или изобрели способ проходить через Барьер, не уничтожая его.
— Как быстро ты сможешь это организовать⁈ — посмотрел на меня Бурев
Я? Блин… а ведь, действительно, я.
— Если идти через портал… — произнеся я после паузы, — два-три дня, чтобы до Синей Скалы добраться, потом там… потом обратно…
— Неделя! — подвел итог Бурев. — И может не получиться!
— А нас тут за это время схарчат! — добавил Семеныч.
— Знаете, а я бы не стал сразу откидывать идею молодого человека, — произнес профессор. — Все-таки экспедиция в другой мир… Господа, когда у нас еще такая возможность будет?
— Экспедиция нам, значит, не поможет! А силы на нее уйдут!
По итогу мою идею не откинули, но и не сказать чтобы отнеслись к ней по-настоящему серьезно. «Омонцы» пока мне не особо доверяли, и это, к сожалению, было ожидаемо. А я надеялся… черт. Сам не пойму на что. Наверное, что дело само начнет двигаться в сторону спасения Земли и всех людей, а оно… пока только лишь буксовало.
В какой-то момент в дверь постучали и внутрь вошел… на сей раз не омоновец, а просто мужик в форм. Подойдя к Буреву, он что-то быстро ему сообщил и тут же вышел. Проводив его взглядом, Бурев повернулся ко мне…
— Плохие новости!
— Может несколько суток, может несколько часов, — произнес хмуро мужчина. Выглядел он плюс-минус, как и все здесь — в камуфляже и с пистолетом на поясе. Но, как мне сказали, именно он заведовал медициной убежища. Он сидел за столом внутри небольшого кабинета и с недовольным видом запихивал в себя гречку. — Все, что мог, я сделал, но… не моя специализация. Оборудования, опять же, нет нужного.
— Значит, он умрет?
— Да.
Врач опустил голову обратно в тарелку.
— Ты не виноват, — сказал тренер, когда мы вышли из кабинета.
— Я знаю.
Четыре пули получил Остро́в в Крепости, когда люди Соина пытались увести его вместе с семьей. Ему перебило правую руку и повредило органы. Еще двое «вагонщиков» и вовсе оказалось убито. Если бы не цигунисты, Остро́в, наверняка, тоже был бы мертв. Группа Михаила Геннадьевича подоспела в самый последний момент: людей Соина отогнали, а самого инженера перевязали и доставили в Затон.
Но раны оказались слишком тяжелы…
— Ульяна, я знаю, сейчас не время, но Степан рассказал мне, что вам нужны лекарства для дочки. Я обещаю, что их найду. Можете на этот счет не беспокоиться. Я… я только это хотел сказать.
Несколько секунд я еще стоял около стула, на котором она сидела. Для женщины, у которой за соседней стеной умирал муж, она выглядела… почти спокойной. И меня это пугало еще сильнее.
— Если вам или детям что-то будет нужно, говорите в любое время, я помогу.
Я развернулся, чтобы уйти.
— Спасибо, Кирилл.
Лучше бы я никогда не слышал этого голоса.
Черт, я все что угодно сделаю, но найду лекарства для девочки! Даже если их не окажется ни в одном из тех мест, о котором Остров говорил — все равно найду. Или в другом городе, или вообще Лечилку для нее в другом мире раздобуду…
Лечилку…
Твою мать!
— Ульяна!
Женщина подняла на меня взгляд.
— Я знаю, как его спасти!
