Интересно, что в принципе он проверял, мое знание зелий или уступчивость?
Я смотрю на дракона, застывшего у стены. Высокого, широкоплечего. С лицом, кажущимся особенно надменным сейчас. Вот только я не обманываюсь. Сапфировые глаза по-прежнему жгут меня огнем, вырывающимся из-под тени угольно-черных ресниц.
Нет нужды спрашивать, чего он добивается своим поведением, чего так отчаянно жаждет.
Меня.
Когда я открываю глаза, за окнами уже вечереет. Сине-голубые сумерки опускаются на особняк, в парке вдоль дорожек зажигаются магические фонари.
Кажется, я умудрилась уснуть и увидеть во сне свое прошлое. Воспоминания тревожат свежую рану на душе, она снова ноет и болит. Не хочу думать о том, где сейчас Зандер и с кем, и все равно думаю.
Интересно, сегодня он проведет с ней целую ночь? Ведь теперь нет неудобной жены, к которой приходится возвращаться. Не нужно играть постылую роль, можно полностью отдаться запретной страсти.
Я сажусь на кровати и вытаскиваю шпильки из испорченной прически. Мои медово-рыжие волосы рассыпаются по плечам и спине, окутывая меня теплыми волнами. Трясу головой, пытаясь прогнать оттуда черного дракона, но он вновь возникает перед мысленным взором.
Приближается медленно, неотвратимо. Останавливается напротив кровати, смотрит сверху вниз. Надменный. Бездушный. Властный. Губы дракона изгибаются в презрительной усмешке, и он буквально впечатывает в меня жестокие слова:
Я поднимаюсь с постели и пошатываюсь от боли, ввинчивающейся в мозг. Сжимаю прохладными пальцами виски. Хочется расплакаться, сейчас мне особенно не хватает бабушки с ее поддержкой. Хоть кого-то близкого, кто пожалел бы меня. Чувствую себя ужасно одинокой.
— Леди Лорана, это я, — раздается тихий стук, и в дверь заглядывает моя горничная.
— Руми? Откуда ты здесь? — я изумленно смотрю на девушку.
Руми невысокая, худенькая и темноволосая, с глазами, похожими на переспелые вишни. В ней явно течет кровь кочевых народов юга — арганов. Их у нас недолюбливают, считая лживыми и хитрыми, но моя горничная вовсе не такая.
Я взяла ее к себе пять лет назад, когда она появилась на пороге нашего особняка просить работу — худая, грязная, совсем еще девчонка. Похожая на забитого отчаявшегося зверька. Зандер был против, но я настояла на своем и ни разу не пожалела об этом.
И сейчас… Что она делает здесь, если я оставила ее в особняке? Этот вопрос я задаю вслух.
— Хозяин велел мне отправляться к вам, — Руми стоит в дверях, нервно теребя завязки легкого плаща и явно чего-то не договаривает.
Я выразительно изгибаю бровь, и она сдается, бросается ко мне, шепчет испуганно и жарко.
— Он сказал, что в особняке я больше не нужна. Ох, леди Лорана, это что же получается? Вы туда не вернетесь, да? Будете теперь здесь жить? Одна?
Я смотрю на девушку, тревожно заглядывающую мне в глаза и… не знаю, что ей отвечать. Хотела бы я и сама знать, где буду жить и с кем. Но если я права, все идет к тому, что Зандер не собирается возвращать меня в столицу. Хорошо это или плохо? Как знать.
— Что еще происходит… дома? — я буквально заставляю себя вытолкнуть с губ это слово, пока Руми помогает мне переодеться в простое домашнее платье из ситца и заплетает волосы.
Сидя за туалетным столиком, вижу, как она краснеет, потом бледнеет и в итоге отводит глаза.
Сердце глухо ударяется о ребра и падает вниз. Чего еще я не знаю?
— Руми? — я хмурюсь.
— Сегодня утром приезжали рабочие, кажется, они собираются делать ремонт в ваших покоях.
— Вот как… — я слышу свой голос будто со стороны, настолько пустым и далеким он звучит.
— Да, я слышала, как они обсуждали с хозяином новую мебель. Он велел поменять абсолютно все, вплоть до пола и обивки стен.
— Что-то еще?
— Потом он уехал и сказал, что ужинать дома не будет.
Ну конечно…