— Сарай. Идеальное место для такой, как ты.
— Вот тебе и светские манеры, — вполголоса хмыкнула я, продолжая своё нехитрое занятие и пропуская мимо ушей её оскорбления.
— Опозорила нас всех! — плевалась ядом бывшая свекобра, глядя на меня сверху вниз.
“Не обращай внимания, пускай бухтит себе пока не надоест,” — вновь и вновь повторяла про себя, сжимая пальцами шершавое древко.
— Работаешь руками как последняя оборванка! Иномирная грязь из-под ногтей!
— А я этого не стыжусь, — улыбнулась я, не поднимая головы. — Лучше работать руками, чем в паре с сыном запихнуть бывшую жену в особняк напротив храма и запрещать ей жить своей жизнью.
Так, дело сделано. Если б ещё и это злобное радио не мешало, справилась бы быстрее.
Теперь надо убрать метлу и взять тряпку, чтобы протереть подоконник с партами. Однако выход из класса к каморке преградила леди Грэй, и к уничижительному тону добавилась угроза:
— Тебе недолго там оставалось. Быстро бы сдохла. Если не от обряда разрыва связи, то я бы ускорила этот процесс.
Я застыла, переваривая услышанное. Пальцы машинально потянулись к переносице, потирая её в попытке успокоиться.
Воспоминания тех ужасных дней пробили броню спокойствия, и хлынули бурным потоком, накрывая меня с головой. День за днём в четырёх стенах под неусыпным надзором её доверенных людей. Где каждый шаг контролировался свыше, а побег наказывался смертью.
Слова Вайноны попали точно в цель, и она продолжала, наслаждаясь моим оцепенением:
— Да-да, именно я распорядилась, чтобы ты жила как узник в особняке. Аррон даже не вспоминал о тебе, а если и вспоминал, то с отвращением. Ему было плевать жива ты или нет. Сразу после развода он вычеркнул тебя из своей жизни.
Ноги подкосились, вмиг став ватными. Уши резанул пронзительный звон, а комната перед глазами подёрнулась алой пеленой. Жёсткое отрезвление хлынуло волной: сколько всего эта гадина творила за спиной сына! Испортила жизнь нам обоим!
Ладно я, пришлая иномирянка без гроша за душой, но он то её родная кровь!
Воздуха катастрофически не хватало. Кое-как я добралась до окна, трясущимися пальцами нащупала задвижку и распахнула створки, жадно глотая ртом спасительный кислород.
— Ты не пара моему сыну, — продолжала она с плотоядным оскалом, предчувствуя очередной триумф. — И мне понадобилось пять лет, чтобы он понял, что совершил ошибку. Пять лет кропотливой работы и несметное количество золота в обмен на
Вот же чудовище в юбке и с пучком на голове!
К чёрту её слова, когда и ежу понятно, что нас с Арроном систематически травили зельями. Вот только когда злодей охотно делится планами с жертвой, он уверен в своей победе. Что, если Вайнона пришла не просто побеседовать?
Взгляд опустился с её самодовольного лица к рукам, и в сжатых пальцах я разглядела отблески крохотного пузырька из тёмного стекла. По блеклым губам скользнула зловещая ухмылка…
Взгляд метнулся в сторону двора. Плевать, если она посмеет напасть на меня, но что, если в этот момент придёт кто-то из детей?
Калитка распахнута, дорожка пустое, крыльцо.. Ой!
Рядом с крыльцом, прислонившись к стене, буквально в трёх шагах стоял герцог Грэй!
Когда только явился?
Аррон стоял неподвижно, и по его каменному лицу было видно, что от него не ускользнуло ни слова из монолога пожилой леди.
Та не могла видеть сына. Не знала, что всё кончено. Пальцы с щелчком откинули маленькую крышечку, и она решительно шагнула в мою сторону.
— Аррон вчера вечером объявил Дэйдре о желании развестись и велел нам сегодня же покинуть Ларни. Я-то думала, что в нём изменилось? Узнала, что он возится с мелким отребьем и решила убедиться в этом лично. Он мало того, что жив-здоров, так ещё и забыл о том, что король велел ему искать шпиона!
Она сделала ещё шаг, и ещё, держа пузырёк перед собой. Я замерла, но краем глаза увидела, что Аррона на улице уже не было!
А в следующий момент он бесшумно переступил порог. Лицо бывшего мужа потемнело, а глаза пылали сапфировым огнём.
— Откуда ты знаешь, что мне поручил король?
Голос разъярённого дракона заставил Вайнону резко обернуться, и лицо мерзавки исказил панический ужас. Леди Грэй судорожно попыталась спрятать пузырёк в карман, но тот выскользнул из дрожащих пальцев.
Стеклянный сосуд разбился о пол, и мутная жидкость брызнула на подол её платья.
В воздухе запахло гарью и серой. Ткань зашипела и задымилась, по дорогому материалу поползли рваные прорехи, словно его пожирала невидимая кислота.
— Сынок... — Вайнона жалко улыбнулась, отступая к стене и не делая попытки спасти испорченную одежду. Ещё минуту назад она светилась торжеством, а теперь отчаянно стреляла глазами по сторонам в поисках лазейки.
— Об этом знали только я и король, — прорычал герцог, и мне показалось, что его устами говорит вторая ипостась. — А главное — почему тебя удивляет, что я жив? Отвечай. Не-мед-лен-но.
Сразу два пристальных взгляда впились в леди Грэй. Напряжение в классе можно было резать ножом, и воздух рваными толчками проваливался в лёгкие. А та внезапно схватилась за сердце и театрально покачнулась: