— У меня дела, — х
Не ожидавшая отпора, леди Грэй хмурится и складывает руки на груди. Качает головой с таким видом, будто я нанёс ей смертельное оскорбление, и недовольно цокает языком:
— Твоё место здесь, рядом с матерью и супругой. Это неуважение бросить нас одних на произвол судьбы! Мы проделали такой путь и ради чего?
Хороший вопрос.
Чего ж вам обеим дома не сиделось?
Моё место рядом с Лизой. И даже куча шумных, сопливых, но наивных и искренних детишек гораздо приятнее, чем надменный взгляд матери и скучная до зубовного скрежета Дэйдра.
А присутствие незваных родственничков и так ухудшило мою карму в глазах истинной. Надо будет заново набирать упущенные очки и доказывать, что я не имею отношения к их внезапному визиту.
— Отдыхай, — бросаю ей через плечо. Убираю руки в карманы и уверенно направляюсь туда, где я действительно хочу быть.
Дети бегают по двору под бдительным надзором Госкера. Каждые пять секунд он хлопает в ладоши, и ребятня с визгами подпрыгивает. Один из них машет руками будто крыльями, явно мечтая взлететь, а приземлившись, обиженно дует губы.
В груди что-то сжимается. Голову снова занимают мысли о том, что у нас с Лизой могли бы быть свои дети. Роди она сына, я бы уже вовсю готовил его к первому обороту…
Сглатываю горькую слюну. Сейчас главное разобраться с Дэйдрой, затем решить проблему с Его зарвавшимся Величеством и вернуть мою женщину на её законное место — в мои объятия, в мою жизнь и мою постель.
А там будь что будет. Лиза захочет — возьмём на воспитание сиротку и станем приёмными родителями.
Естественно, на территории её нигде не видно. Зато есть хмурый как туча Соррэн, явно недовольный моим уходом.
— Мать приехала, — коротко поясняю, не желая оправдываться, и он мрачнеет ещё больше.
— Именно тогда, когда у тебя начало налаживаться с Лизой? — спрашивает без привычного сарказма, а в голосе звучит искренняя озабоченность. — И прямиком в Ларни, в обход Антрима? Не находишь это подозрительным?
Ещё как нахожу.
Киваю и коротко рассказываю про мисс Бишоп, занявшую собственный особняк.
Технически она права. Я его ещё не выкупил.
Хотя в письме чётко сообщил, что нашёл Элизабет в Ларни, и если она не хочет нести расплату за враньё, пусть добровольно уступит мне развалюху. Заплачу любую цену не торгуясь.
Соррэн недоверчиво качает головой, но соглашается с тем, что надо выслушать Мариэллу. В его глазах читается тревога, но не за меня. Опасается за племянника и осознаёт своё шаткое положение.
Ровно через два часа подхожу к новеньким воротам особняка Бишоп. Думаю над тем, что надо сегодня же объявить Дэйдре о расторжении брака. Предложу ей щедрые отступные и даже помогу найти выгодную партию, для которой отсутствие девственности у невесты не является критичным.
Мать будет в истерике, но мне плевать. Я сменил приоритеты.
Докажу Лизе свои намерения не только словами, но и действиями.
Ждать долго не приходится. Мариэлла змеёй выскальзывает за калитку и, оглядываясь на дом, торопливо поясняет:
— Они уснули после долгой дороги, Ваша Светлость. Не составите ли мне компанию? Кажется, я почти вечность не была на родине и с удовольствием бы прогулялась по окрестностям.
Я пулей влетела во двор к Хелене и несколько секунд изображала соляной столб, закрыв глаза и восстанавливая сбившееся дыхание.
Губы всё ещё горели, ощущая драконий жар на нежной, почти прозрачной коже, и бесстыжую ласку, от которой внизу живота порхали бабочки.
Воистину, тело предало.
Хорошо, что мозги остались на месте и не растаяли мороженкой. Ладонь, что встретилась с железной на ощупь скулой Аррона, покалывало сотнями иголочек.
Была бы посмелее — кулаком бы врезала.
Стиснув зубы в попытке прогнать воспоминания о поцелуе, я поплелась к крыльцу и, едва переступив порог, выпалила в сердцах:
— Я переезжаю и не спрашивай куда. Сама не знаю. Меня выжило это ядовитое семейство.
Хелена торопливо отложила шитьё в сторону, и на приветливом лице отразились испуг и напряжение. Глаза расширились, а руки так сжали пяльцы, что те жалобно хрустнули.
— Лизонька, что случилось? Какое семейство?
Я рассказала ей о внезапном появлении семейства Грэй в Ларни, не забыв упомянуть о том, как их карета направилась к особняку Мариэллы. Слова лились сами собой, а в груди клокотала гремучая смесь разочарования и обиды.
— Аррон лгал мне! А потом… потом… Неважно. Гад он, в общем! Ящерица бескрылая! То есть крылатая… То есть… Ай!
Я бессильно махнула рукой и жалобно шмыгнула носом. Плакать при подруге не хотелось, и вообще этот чешуйчатый подлец не достоин ни одной моей слезинки!
На удивление Хелена медленно расслабилась. Плечи опустились, а на лице появилась успокаивающая улыбка. Подруга неторопливо поднялась с места, приблизилась и осторожно коснулась моей руки.