Пока я говорила, в его глазах будто отгорел закат, и радужки потемнели. Бесовецкий сжал зубы так, что едва успел разжать, прежде чем ответил:
— Это не из-за плана. И нет, я не настолько амбициозен. Больше нет. Мне все равно, где и на кого работать.
Я задержала дыхание на несколько ударов сердца, а потом оно ударилось в грудную клетку и забилось часто-часто… когда я обнаружила, что уже целую его, жмурясь. Как девчонка, ей богу! Только Верес и правда ответил — обхватил мою шею, сжал пальцы в волосах и целовал так, что у меня все вылетело из головы. Тело послушно вспыхнуло, и над губой выступила испарина. Мы с трудом оторвались друг от друга, продолжая прижиматься лбами.
— Я отвезу Давида и заберу Питера, — сдавленно прошептал он, нежно оглаживая пальцем мою скулу, а я все не могла прийти в себя.
— Хорошо, — поспешно кивнула и отстранилась, пытаясь выровнять дыхание, — возвращайся быстрее…
Он кивнул, поднялся и вышел из комнаты, а я сжалась в кресле, слушая свое разогнанное сердце. По телу гуляла теплая волна эндорфинов, хотелось жмуриться и глупо улыбаться, но я лишь качала головой, пытаясь взять себя в руки. Это все уже не для меня. И Слава где-то недалеко...
Когда я подумала, что нужно сказать Краморову о решении, то с губ слетел смешок от внезапного прозрения. Верес прикрыл меня. Он принял все последствия на себя, чтобы у меня был выбор. И если я захочу остаться у Краморова, то, несмотря на время для раздумий, весь негатив достанется ему, а я просто
Я решила немного сбросить оцепенение и сделала себе кофе. Параллельно взялась звонить брату. Мне хотелось узнать, что хоть у кого-то из моего внешнего мира ничего не поменялось и все по-прежнему. Брат не ответил, но не успела я обеспокоиться, как в коридоре послышались шаги, и в комнату отдыха вошел Леша.
— Привет, я тебя везде ищу, — сообщил он хмуро с порога.
— Привет, — я бросила на него рессеяный взгляд и попыталась перезвонить брату. — Сейчас…
— Я ненадолго, попрощаться пришел, — усмехнулся криво коллега. — Краморов меня уволил. За ненадобностью.
Я посмотрела на Лешу внимательней.
— Сочувствую, — отозвалась осторожно, опуская мобильник, но он только усмехнулся шире.
— Брось. Успела лечь под Бесовецкого, и тебе открылись все двери. Молодец, Айзатова, ничего не скажешь.
— Ты, видно, совсем придурок, Леша? — неприязненно поморщилась я. — Лучшего оправдания себе не нашел? Ты когда последний раз раскрыл дело?
Зачем я принялась защищаться — сама не знаю. Наверное, хотелось дать сдачи уже хоть какому-нибудь мужику, пусть и такому жалкому, как Строганов. Ни одного дела он тут не раскрыл. Краморов держал его, как моего напарника, потому что ни один диагност по инструкции не может работать без команды. А теперь я понимала, насколько сложно Краморову организовать здесь новую команду.
— Как мы заговорили! — взвился Леша. — Ты сама сделала меня своей тенью, и это было несложно, ведь Краморов — тоже мужик!
— Ты выглядишь сейчас жалко, — оглядела его равнодушно. — Думай, что хочешь.
— Что мне остается? Ты же понятия не имеешь, что становится с теми, кого увольняют из отделения Краморова! Меня никуда больше не возьмут! Только семечками торговать!
— Что же ты раньше не думал об этом, когда я сидела в лаборатории ночами, а ты свинчивал пораньше?! — вскричала я. — Я рылась в базах данных, похожих делах и прочей информации, а ты лишь интересовался результатами! Повзрослей и признай, что в результатах твоей жизни нет никого другого виноватого, кроме тебя самого!
— Шлюха, — процедил мне Леша в лицо спустя секундную паузу, а я зарядила ему весомую пощечину, в которой накопилось много всего.
Только когда он замахнулся в ответ, его внезапно схватили за шкирку и толкнули к выходу.
— Надежда Яковлевна, все в порядке? — поинтересовался у меня знакомый мужчина. Он был с Бесовецким в его первый день в отделении, присматривал за ним…
— Да, спасибо,... — тяжело выдохнула я.
— Данил, — учтиво представился он. — Я провожу вашего знакомого к выходу, чтобы он ничего больше не выкинул.
Я благодарно кивнула, и Данил вытолкал Лешу взашей. Тот громко возмущался до самого лифта, но вскоре всё стихло, а у меня зазвонил мобильный.
Звонил Саша…
— Ты правильно сделал, — заметил Горький через некоторое время, когда территория отдела осталась далеко позади.
Мне хотелось быстрее вернуться. Да, я принял решение остаться с Краморовым и довериться ему, но привычно рассчитывал лишь на себя. Смотаться за Питером у меня займет пару часов, и я больше не брошу Надю.
— Проникся речью Краморова? — напряженно поинтересовался я.
— Ты же понимаешь, что это не просто слова и что он за них отвечает.
— А ты не знал?
— Не интересовался. Привык доверять себе, как и ты. Люблю, когда все под личным контролем.
— Спасибо, Давид.
— Не за что. А как ты познакомился с Ярославом?
