— Мне надо подумать. Ты же не собираешься срываться с места и покидать отель сегодня вечером?
— У меня нет конкретного плана. Не знаю, как кажется тебе, но я считаю, что все складывается неплохо. Мы оторвались от погони, по крайней мере на данный момент. После событий позапрошлой ночи имеем право остаться еще на сутки и передохнуть. Хотя, честно говоря, я бы предпочла оказаться где-нибудь подальше отсюда.
В аэропорту на них никто не обратил внимания. Женщины взяли напрокат машину и успели вернуться до заторов, которые, если верить радио, должны были начаться еще до четырех часов дня.
Они не пробыли в номере и десяти минут, как Гейл решила сходить в магазин на противоположной стороне дороги.
— Нам нужна одежда, — заявила она. — И спортивная обувь.
— Неужели захотелось побегать? — Дайана приняла излюбленную позу — легла на живот, подсунула под подбородок подушку и взяла пульт дистанционного управления.
Гейл покачала головой:
— Хочу иметь на всякий случай подходящие кроссовки. Такие ситуации возникают, когда их меньше всего ожидаешь.
— Ничего подобного больше не случится. Не должно.
— Я же сказала: когда меньше всего ожидаешь.
— Поедешь на машине?
— Хотела прогуляться пешком.
Дайана усмехнулась:
— На улице слишком жарко. Я лучше посижу в отеле.
Она бы легко выдержала жару, но не хотела рисковать привлечь внимание к себе и Гейл. Они находились в паре сотен миль от Болтона, но, как знать, кто-нибудь мог приехать в Даллас навестить кузину, завернуть в магазин и заметить ее. Да, узнать ее непросто, однако рассчитывать на это она бы не стала. Дайана поняла, что так будет всегда, пока она остается в Техасе или где-нибудь поблизости.
— Хочешь что-нибудь конкретное? — Гейл смотрела телевизор стоя.
Дайана приглушила звук и читала новости об их побеге на бегущей по нижней кромке экрана строке. Полицейский оператор сделал несколько потрясающих кадров из вертолета: прожектор выхватывает из темноты Тома, тот стоит посреди поля и как сумасшедший размахивает руками. Пальцы на экране размыты — нельзя показывать по телевизору непристойности.
— Купи мне «левайсы» и рубашку. У меня десятый размер.
— А обувь?
— На твой вкус можно полагаться?
— Больше чем на твой, моя радость. Какой размер?
— Восемь с половиной. Что-нибудь на дутой подошве.
— Хорошо.
Дайана с выражением неподдельной скуки на лице вновь улеглась на кровать.
Гейл взяла ключи, только это были не обычные ключи, как раньше, прицепленные к пластмассовому квадратику с номером комнаты, названием отеля и адресом. Прежние ключи она помнила с тех времен, когда путешествовала с родителями. Теперешние были больше похожи на кредитную карточку, но пластмасса мягче и гибче. Нигде никаких указаний, какой номер открывает данный ключ. Лишь стрелка, чтобы не перепутать конец, который следует всовывать в замочную щель.
Дайана заметила, с каким выражением ее сокамерница смотрит на ключи, и спросила:
— Что случилось?
— Сама не знаю. Иногда накатывает. Появляется ощущение, словно дежа-вю наоборот. Будто меня перенесли в будущее, только это не будущее, а настоящее. Странно. Так все переменилось.
— Это называется карточка-ключ, детка. Как та, что открывает взятый напрокат автомобиль. Предполагается, что это остановит воров, но ты уже слышала мои занудные теории насчет замков и грабежей.
— Эксперты, видимо, с тобой не согласятся.
— Эксперты варятся в теориях. Они прекрасно понимают, что новомодные замки не уберегут от воров, лишь заставят их совершенствовать свое мастерство. Все это вспомогательные средства для поддержания у рядового гражданина иллюзии безопасности. Ведь ему каждый вечер сообщают в новостях, какая опасность подстерегает его за каждым углом. Но это срабатывает.
— Спасибо, утешила. — Гейл опустила карточку-ключ в сумку, где лежал ее новый мобильный телефон. — Я чувствую себя нашпигованной всякими хитроумными штуковинами.
— Не то еще увидишь. Приятного похода в магазин.
Насчет жары Дайана оказалась права. Когда Гейл дошла до магазина, пот лил с нее градом. Поток холодного воздуха в здании моментально потеплел, когда натолкнулся на обжигающий вихрь, ворвавшийся в дверь вместе с Гейл. Она миновала следующий ряд дверей и ощутила на коже прохладу, которая словно сознательно набрасывалась на выступившую на шее и под мышками влагу.
