— Ну, дома такие. Большие, по несколько ярусов. Чем-то походят на короба, если вместе сдвинуть. Они прячутся в них, за толстыми стенами, а раз есть стены, значит, должны защищать от чего-то, верно? Иначе на кой они сдались? Вот люди и начинают искать, чего бояться: соседей, выдуманных врагов, уруттанцев, осквернённых…
— Сложно всё это, — махнула рукой Агот. — Хорошо, я не жить там! Степи — лучший дом, свободный!
— Свобода… — Керс проговорил слово медленно, изучая, будто наощупь.
Раньше оно для него было пустышкой, очередным обозначением чего-то недостижимого, непонятного. Теперь же он не только почувствовал вкус этого слова, он понял — ради свободы можно и нужно бороться, даже не жалко отдать жизнь, если понадобится. И очень скоро он сможет разделить этот дар с семьёй… с братьями, с Твин…
Из другого конца поселения послышались крики и топот копыт. Вдалеке суетливо забегали жители. Керсу даже показалось, что среди них промелькнул Севир. Похоже, что-то стряслось, и не мешало бы выяснить — вдруг нужна помощь.
— Возвращайся в юрту, — бросил он Агот, не оборачиваясь, и быстрым шагом направился к уже скопившейся толпе.
По дороге наткнулся на поддатого Бродягу. Тот поскользнулся, едва не бухнувшись в сугроб, и энергично замахал руками.
— Да что тут творится? — Керс поравнялся с другом.
— Быстро… к Севиру, — заплетающимся языком выговорил тот.
Керс раздражённо сплюнул: налакался, что тот пёс облезлый. Но терять времени на допрос друга не стал, всё равно сейчас толку от него, что от богомола молока.
Толпа гудела, что пчелиный рой. Из обрывков фраз Керс понял, что прибыл кто-то из Регнума. Прозвучавшее имя Керсу не было знакомо, но по разговорам понял, что в Исайлуме того хорошо знают. Вытянув шею, он разглядел Севира. Тот с мрачным лицом допрашивал агента.
Протиснувшись между зеваками, Керс остановился в паре шагов от беседующих. Слов было не разобрать даже отсюда, видимо, говорили о чём-то не предназначенном для чужих ушей.
Выслушав прибывшего, командир посмотрел на Керса и кивнул, приказывая следовать за ним. По дороге не проронил ни слова, но на его лице читалась не просто тревога — полное смятение. Гадая, что такого произошло, Керс проследовал за ним в дом и плюхнулся на ближайший стул: ноги после длинного дня едва держали.
— Максиан арестован, — Севир налил вина в деревянную кружку, опустошил залпом и с какой-то особой озлоблённостью швырнул её в стену.
Новость, конечно, поганая, но с выводами спешить рано. Слишком мало информации, может, всё не так страшно.
Керс молчал, насторожённо наблюдая за командиром. Таким он видел его впервые и, как вести себя, ещё не знал. Поэтому принял, как казалось, лучшее решение — не лезть под горячую руку.
Севир простоял не шелохнувшись с минуту, бездумно глядя на треснувшую кружку, потом вдруг повернулся к Керсу и смерил его оценивающим взглядом:
— Слушай сюда, малец. Возьми всё необходимое — хлопушки там свои, оружие. Через час чтобы ждал меня у ворот. Мы выдвигаемся в Регнум.
Прекрасно! Даже отдохнуть не успел. До Регнума четыре дня пути, а, судя по новости, им его придётся преодолеть за два. Спать в седле на холоде — то ещё, мать его, удовольствие, но больше всего тревожил другой вопрос:
— Его арестовали из-за принцессы, верно?
— А как ты думаешь! Принцесса тоже под стражей, правда, в замке. И это ещё больше усложняет дело… но к чёрту, по дороге всё обдумаю, — Севир принялся размышлять вслух. — Плевать на ищеек, прихлопнем, если что. К тому же они редко атакуют в открытую. А, может, вообще повезёт, и они не успеют пронюхать. Сейчас важнее Максиан, без него всё покатится месмериту в зад…
Вот дерьмо!
— Как они узнали? — Керс посмотрел на командира. Тот ещё больше помрачнел, взгляд сделался холодным, тяжёлым. — Думаешь, сдал кто-то из своих?
— Смысл гадать. Да и какая уже, к херам, разница! Нужно думать, как вытащить его до казни. Главное, чтобы на допросе не сболтнул лишнего. Ну всё, малец, двигай. Времени у нас в обрез.
Керс зашагал к выходу, но, помешкав, обернулся:
— А с Бродягой что? Здесь оставим?
— С чего вдруг? По дороге протрезвеет.
Хмыкнув, Керс вышел на улицу и быстрым шагом направился к дому. Да уж, Бродягу ждёт весёлое похмелье. Главное, чтобы с лошади по дороге не свалился. Впрочем, это меньшее, что сейчас волновало. Дело даже не в Максиане — он его и знать не знает. И даже не в принцессе, Севир её точно в беде не оставит. Но вот остальные… Если вдруг прознали о связи Слая с Пером — того ждёт неминуемая смерть. А может быть, не только его. Никто не станет разбираться, кто к чему причастен, казнят всех…
Лишь бы успеть! Лишь бы вытащить их оттуда! Плевать, если Севир пойдёт на попятную: сам что-нибудь придумает. Главное, не опоздать…
