Полный решимости, Субару возвращается в первый день в поместье Розвааля. Юноша мобилизует свои воспоминания о временной петле, изо всех сил стараясь сделать наилучший выбор и предотвратить трагедию. Субару вынужден действовать без права на ошибку, и груз ответственности тяжёлым бременем ложится на его плечи. День за днём гнетущий страх разъедает душу героя, а надежда стремительно тает…Похоже, Субару уже готов сдаться, но в последний момент Эмилия протягивает ему руку помощи…«С улыбкой встанем рядом и поговорим о будущем, которое наступит завтра».
Для Субару Нацуки от потери сознания до возрождения прошёл один миг.
Всего за мгновение до этого его голова раскололась от удара о твёрдую землю, и мир окрасился алым. Но сразу же после того, как все ощущения исчезли, он почувствовал, что лежит в мягкой постели.
— Ох...
Юноша выдохнул, и тело, из которого смертельным ударом напрочь выбило дух, обмякло. Сердце мучительно сжалось, лёгкие сковал спазм, не позволяя сделать очередной вдох. Ещё бы! Такое с ним случилось впервые — броситься со скалы и покончить с собой!
Четвёртая смерть — самоубийство. Если учесть, что условия, при которых срабатывало Посмертное возвращение, не были до конца ясны, то жизнь Субару вполне могла бесповоротно закончиться прямо сейчас.
И тем не менее…
— Я всё-таки вернулся!
Стиснув дрожащие кулаки, Субару криво усмехнулся, глядя в белый потолок. Мягкая постель, источающая приятный аромат подушка, гладкие простыни... Те же самые предметы обихода гостевой комнаты, что встретили его в поместье Розвааля в самый первый день.
Но главное...
— Сестрица, сестрица! Наш дорогой гость, кажется, всё ещё изволит почивать!
— Рем, Рем! Наш дорогой гость такой молоденький, а совсем мозги отшиб!
Сёстры-близнецы стояли перед кроватью, держась за руки и разглядывая Субару двумя парами глаз.
Чёрные платьица и белые фартучки. На головах — ослепительно-белые наколки и одинаково остриженные короткие волосы, у одной голубого, а у другой розового цвета. Миловидные лица, сохранившие выражение детской непосредственности... Однако сёстры, вдвоём обслуживавшие всё поместье, и были той самой причиной, по которой Субару совершил очередное Посмертное возвращение.
Слушая до боли знакомые голоса и наблюдая виденные много раз жесты, Субару чувствовал, как его душа содрогается перед уже пятой по счёту «первой» встречей. Ему так много надо было им сказать, но в горле словно стоял ком, не позволяя словам выйти наружу.
Он смотрел на живую и здоровую Рем, на всё такую же нахальную Рам, чувствуя, что они воспринимают эту встречу как некое обыденное явление, и ощущая, как в груди теснятся невыразимые чувства.
— Дорогой гость, дорогой гость! Что с вами случилось? Вам плохо?
— Дорогой гость, дорогой гость! Вам нехорошо? У вас припадок хронической болезни?
Положив руку на грудь, Субару потупился, и сёстры растерялись. Встав у кровати справа и слева, они с двух сторон протянули свои маленькие ручки к юноше, пытаясь поддержать его. И эти ручки…
— Позвольте-ка.
— Эй!
— Что?
Не дожидаясь их согласия, он поймал руки обеих девушек, переплетясь с ними пальцами. Не обращая внимания на удивлённо застывших сестёр, он наслаждался теплом их тонких пальчиков.
— Да, всё точно! Я не ошибся!
Субару помнил это ощущение, тепло их рук, что спасало его самой страшной ночью. Его решение прыгнуть со скалы не было случайным...
— Нет-нет, дорогой гость. Вы явно ошибаетесь.
— Нет-нет, дорогой гость. Наверняка ошибкой было само ваше рождение.
В ответ на бесцеремонное поведение Субару сёстры отдёрнули руки и закидали его упрёками. Но Субару лишь кивал в ответ на их слова, звучащие сейчас волшебной музыкой.
— Если подумать о том, что случится позже, не стоит радоваться... но сейчас мне так хорошо.
— Сестрица, сестрица! Наш гость, похоже, весьма странный человек — он наслаждается, когда его ругают!
— Рем, Рем, наш гость какой-то извращенец, он возбуждается от оскорблений!
Судя по этим словам, гостя слишком уж быстро перестали считать гостем, но он, смеясь, пропустил издёвки мимо ушей. Раз уж приходится вот так, в буквальном смысле исправлять первое впечатление от встречи с девушками...
Настороженность, если не отвращение на физиологическом уровне, которую и не думали скрывать сёстры, не остановила Субару. Он слез с кровати, наклонился и затем выпрямился, проверяя, как работают мышцы, и с улыбкой обратился к девушкам, которые подозрительно смотрели на него:
— Простите, болтаю неизвестно что и даже не представился. Но теперь, когда я извинился, должен вам кое-что сказать.
Рам и Рем напряглись, глядя на Субару, который с преувеличенно важным видом скрестил руки на груди. Появившаяся во взглядах сестёр внимательность говорила о том, что девушки уже начали его оценивать. Если Субару Нацуки не сумеет завоевать доверие сестёр и всех прочих обитателей поместья, он снова лишится покоя и станет свидетелем крушения всех своих надежд. Значит, в этом круге нужно действовать очень аккуратно, чтобы не внушить окружающим необоснованных опасений.
— Эх, научился бы нормально с людьми общаться, и школу бы не пришлось прогуливать…
Слушая его бормотание, сёстры одновременно слегка наклонили головки с вопросительным выражением на лицах. Двигаясь в унисон, они выглядели так забавно, что Субару даже в этот напряжённый момент немного успокоился и расслабился. Он уже знал, что нужно говорить и как именно действовать.
— Я доверяю вам, так что давайте жить дружно!
