От этого допроса настроение медленно катилось под откос. Ведь такую коллекцию скелетов в шкафу, как у меня, надо еще поискать. И нести все эти тайны и недомолвки одной очень тяжело. Еще тяжелее при всех имеющихся вводных не потерять себя во лжи. Но вот почему я это обсуждаю с незнакомцем в чужой машине? Непонятно. По-хорошему отмахнуться, отшутится и забыть. Хотя с кем еще откровенничать, кроме как со случайными попутчиками.
– Всё просто – разговаривая с людьми я сама стараюсь управлять беседой, не давая возможности человеку задавать ненужные вопросы. Да, я крайне не люблю врать, тем более родным и близким. А врать посторонним вообще не вижу смысла. Ради чего? Тем не менее люди прекрасно обманывают себя сами. Мне зачастую остается лишь не мешать. Промолчать в нужный момент, отшутиться. или дать минимум информации. Дальше – человеческая фантазия сама заполняет пробелы. Технически я не обманываю, но, если не хочу – правду от меня узнать будет сложно. Конечно, можно спросить напрямую, но большинство людей интересует лишь факт наличия ответа, но не его содержание.
– Так даже хуже, – с горечью в голосе отозвался собеседник. – Тебе бы самой было бы приятно, если с тобой поступали так?
– Да я и не жду от окружающих ни чего другого, по правде говоря: одни обманывают, вторые недоговаривают, третьи манипулируют, – с грустной веселостью ответила на вопрос. И добавила: – Хорошо, если за свою жизнь ты встретишь хотя бы одного человека, которому захочешь и сможешь довериться и доверие которого захочешь и сможешь принять. Не многим так везет.
– И что же делать?
– Своей головой думать: смотреть, слушать, анализировать, делать выводы. Не бояться задавать вопросы, а главное принимать ответы.
Повисло молчание. Каждый думал о своем. Неловко затронутая нами тема, разошлась вибрацией по самым дальним участкам души. Было видно, что Александр хочет задать еще вопросы, но не решается. Правильно, кто мы друг другу? Просто две частицы, столкнувшиеся случайно во времени и пространстве.
Мы уже давно приехали, и стояли около подъезда моего дома. Пора было разрывать это вязкое, словно кисель, состояние.
– Спасибо, Александр, что довезли, и за беседу спасибо. Не смею вас больше задерживать. До свидания.
– До свидания, – эхом отозвался мужчина. Мысли его были далеко. А я, сбрасывая с себя иллюзию единения, резко открыла дверцу и вынырнула в отрезвляющий холод осени.
Дома было тихо. Сестра что-то молча писала в комнате за столом. Поставила чайник. Неожиданно захотелось чего-то своего домашнего, уютного, такого чего никогда не было у меня в родительском доме. Такого, к чему хотелось бы возвращаться вновь и вновь. Стремиться к очагу, через осенние дожди, зимние вьюги, весеннюю грязь и летний зной. Плед себе что ли купить и кота, чтобы любил, мурчал, терся о ноги. Ждал, ел кусочки колбасы из рук, спал теплой грелкой рядышком. Я же совсем отвыкла спать одна. Теперь всегда мерзну.
Достала из холодильника яблоки, яйца сахар. Нет у меня ни кота, ни пледа. Хоть какао сварю, да шарлотку сделаю. Глупо предаваться осенней хандре без какао с пирогом.
Через час корицей, яблоками и шоколадом пахло на весь дом. Горячий пирог остывал на столе, а в турке закипало какао. Сестра словно джин выползла из комнаты на эти ароматы.
– В честь чего пирог? – спросила она.
– В честь того, что живем, в честь того, что осень. А еще в честь того, что дома по невероятному стечению обстоятельств оказались яблоки, мука, сахар и яйца.
– А ну это повод. В другой раз может так не повести, – хохотнула она и потянулась за куском, – Чего так рано?
– Да опоздала на тренировку, и решила не идти.
– Ясно, а как литература, сыграла им Есенина?
Точно! Литература. Есенин. Гитара. Уехала в машине странного незнакомца Александра.
Домой я ехал в совершенно сумбурных эмоциях. Такого коктейля разных чувств не испытывал давно: я был зол, напуган, потрясен; я винил себя за несдержанность, невнимательность и слабохарактерность; в конце концов я был счастлив, что все обошлось. И очень устал. Так себе итог первого дня отпуска. Заехал во двор дома. Выключил двигатель и откинул спинку сидения. Пара минут тишины машины, и можно будет подниматься в тишину квартиры. Закрыл глаза. Тут же замелькал кадрами сегодняшний день. Вот я у родителей: Юля в школе, отчим в честь моего приезда, в офис не торопится, сидим обсуждаем работу. Параллельно показывает мне чертежи полок для мастерской, в которую мы переоборудовали большой полуподвальный гараж дома. «Дачи», поправляет мама, подкладывая мне в тарелку драники по румяней. Хорошо, вкусно. Живя отдельно, готовлю себе сам, поэтому в рационе блюда попроще и посытнее. А тут можно и порадоваться. К обеду все же покидаю родителей. Надо сделать уйму дел. Заехать в банки, узнать про ипотечные программы, купить продукты и новый смеситель. Ждать пока хозяева съемной квартиры его заменят – глупо. Я же там живу, а не они.
