- Вам виднее, - Кастиэль спускался по лестнице на первый этаж, наблюдая за обычной больничной дверью сквозь стеклянные двери, ведущие на этажи. Он спускался медленно, боясь упасть – он за день только и пил чай с той же Анной, которой для него не было жалко ни пакетика, ни сахара. – Да, я слушаю, - сжалился он над подвисшим собеседником. Он даже не стал спрашивать, откуда у него номер Кастиэля.
- Видите ли, при подсчете арендной платы за ваш дом мы допустили ошибку. Мы, безусловно, приносим свои извинения, если вы уже их оплатили, но просим доплатить еще пятьдесят долларов. Весь последний месяц мы извещали жителей вашего района о поднявшейся цене на землю… - Кастиэль отнял трубку от уха. Такое могло быть только в очень плохой драме, и от него требуется немедленно выйти в окно и упасть этажа с шестого, а лучше с десятого, чтобы надежнее. Потому что обычный человек бы не перенес столько проблем сразу.
Кастиэль не перенес. Он просто заметил, подходя к посту приемного отделения, уже знакомого консультанта из магазина. Сперва он задумался над тем, откуда мог знать этого парня, тут же заметившего Кастиэля и широко улыбнувшегося, несмотря на овладевавшее им беспокойство, однако уже через секунду вспомнил. Молоко. Тот самый парень, что приглашал его в бар.
«Я бы советовала тебе найти парня», - голос Анны звучал в голове так ясно, словно она сама произнесла эти слова рядом с ним. В конце концов, никто не осудит Кастиэля за то, что он отчаянно цепляется за возможность хотя бы не голодать. Он тут же нажал на кнопку отбоя, прерывая арендодателя-убийцу, как только консультант сделал первый шаг ему навстречу. В тот момент Кастиэль, кивнув полненькой медсестре в белом костюме и оставшись ждать тех самых результатов КТ, смог разглядеть его получше. Это, конечно, был отличный вариант для ситуации, в которой он не искал себе парня. Он был приятен во всех отношениях: от веснушек до заметно накачанных рук, на которые Кастиэль повелся бы без всяких сомнений, думай он только о поисках парня.
Он не был девственником. И уж точно мог сказать, что был и с девушкой. Безумный первый курс колледжа, куда пошли все те, кто не имел шансов получить высшее образование. Безумные вечеринки, на которых приходилось бывать, чтобы не прослыть белой вороной. И уж точно потрясающая свобода, которая не заставляла думать о последствиях. Там он научился всему: различать взгляды, ловить намеки, соглашаться на предложения, там он нашел свой образ в этой стороне жизни, разве что никогда не соглашался на проникновение. Но при всей своей отвязности большая часть ребят этого тоже побаивалась, так что обходились, как умели.
И Кастиэль совершенно не собирался признаваться в том, что с девушкой ему было противно. Она просто была совершенно не интересна для него: ему куда приятнее было касаться сильных рук, чем грудей. Так сложилось, что он не смог бы завести с девушкой отношения: он сам зачастую разделял их позиции в отношениях. И он не был тем, кто постоянно терпел бы капризы девушек. Он просто не был для них принцем и никогда бы не стал. Разные стороны предпочтений, разные стороны характера, несовпадения в предпочтениях. Никаких проблем, он даже встречался несколько недель с одним спортсменом, который оказался точно таким же новичком на вечеринке, как сам Кастиэль. Тогда он понял, что если и сможет когда-нибудь с кем-нибудь проводить время больше одной ночи, то только с парнем.
Ему так удобнее.
И, конечно, он умел влюбляться. В киногероев, в актеров, в звезд – уж их он точно оценивал со всех сторон. Ему нравились темные глаза Колина Ферта ровно так же, как и женской половине его курса. Ему нравился Тиль Швайгер без футболки так же, как и его подругам. И он совершенно точно смотрел спортивные состязания только ради представителей мужского пола. Просто он никогда не в влюблялся в реальных парней – они были слабее тех образов, на которые Кастиэль мог бы согласиться.
Но здесь, несмотря на огромное «надо», Кастиэль был близок к тому, чтобы по совместительству потерять голову. Он отлично знал, что влюбленным проблемы не так страшны. Это удобно. Еще удобнее, если кандидат на это сам идет в руки. Важно просто не вести себя так, словно он уже готов немедленно отправиться к нему на квартиру – кстати, совершенно не готов.
- Привет, мы, кажется, уже встречались, - он произнес это первым в извинение за тот сердитый тон неделю назад. Брови консультанта чуть поднялись, однако после секундного размышления Кастиэль про себя выдохнул – похоже, он все еще вызывал у этого парня хотя бы какой-то интерес. – Извини, я тогда был не в себе.
