- Намного, спасибо, - все же рискнул ответить Кастиэль. Перед ним стояла только кола со льдом – ему предстояло возвращаться на смену. Он, казалось, уже слышал так много из жизни Дина, словно бы последнее время только и был с ним рядом – даже брата отлично представлял. Один раз видел по данному описанию, ведь недаром Сэм Винчестер был назван «высоким». – Я давно не смеялся, - Дин кивнул, как будто и так это знал.
Дин откинулся на спинку своего диванчика. Под его взглядом не было неуютно, скорее просто и естественно, и Кастиэль расслабился окончательно. Он незаметно для себя рассказал о том, что он устает в колледже, а Дин умело вопросами вывел его на байки и смешные истории из колледжа. Только рассказывая их, Кастиэль впервые понял, насколько тепло он относится к тем трем годам, что проучился в своем колледже.
- Ты, наверное, здорово хотел стать врачом. Почему колледж? – и Кастиэлю показалось, что своим рассказом он Дина разочаровал. Это тут же родило страстный рассказ о детстве, о желаниях лечить, о том восторге, что охватывал его на первой практике… Слишком уютная атмосфера бара, поздний час и природное обаяние Дина Винчестера развязало ему язык. Он проболтался о том, что врачом ему, похоже, уже не стать.
Дин Винчестер был явно из тех людей, кто не лез в карман за словом. Он потребовал – вежливо и окольными путями – объяснения. Кастиэль не сразу смог рассказать. Он не упоминал отца, просто о всей ситуации в целом, после чего Дин кивал около десяти минут, одарив его подозрительным взглядом, после чего махнул официантке:
- Гамбургеры, если у вас найдутся, - Кастиэль встал из-за стола, покраснев в одно мгновение. Вот в чем-чем, а в подачках он точно не нуждался! Это просто временные трудности… - Сядь ты, я не ужинал, а есть в одиночку не хочу, - миролюбиво пояснил Дин. Кастиэль не видел, как на одно мгновение Дин дернулся остановить его, так что миролюбивый тон его удивительным образом утихомирил, а названная еда точно была желанной. От этого он покраснел еще сильнее.
- Ты вроде не похож на того, кто не в курсе, что деньги на деревьях не растут, - подначил его снова Дин. Кастиэль пытался увести разговор от этой темы в сторону, неловко отводил взгляд и продолжал краснеть – теперь ему казалось, что он слишком замахнулся на такого парня, как Дин. Чем дольше он смотрел, тем больше ему казалось, что Винчестеру (фамилию он узнал из рассказов про Сэма) место на обложке журнала, а не с Кастиэлем. Это он обычно тоже умел определять – равенство с собой потенциального партнера. В тот день он просто был слишком занят своими мыслями. Но, черт возьми, это работало! Он уже не представлял, что они просто возьмут и никогда больше не встретятся после того, как выйдут отсюда – после всех этих разговоров. – Я, кстати, из таких, - донеслось до Кастиэля сквозь эти ужасные догадки о своей неполноценности для Дина Винчестера. – Не может же быть, чтобы и ты был таким же балбесом…
Кастиэль не сдержался. Ему пришлось сказать об этом. Однако удивительное дело – стоило словам вырваться наружу, как ему стало значительно легче. Ему просто нужно было это услышать – потому что тогда он легко подумал о том, что не у него одного умер отец. Это бывает. Нужно просто пережить. Он любил отца. Первые дни он пребывал в шоке, вспоминая все, от детства до юношества. Но не плакал. Отец не любил слез. Отдавал дань молча.
- Ты отлично держишься, - тихо заметил Дин, впервые опуская взгляд на уже пустую тарелку. Кастиэль робко взял один ломтик картофеля и откусил кусочек. Ему перехотелось есть от всех тех мыслей, которые снова набежали в его разум. Дин сочтет, что он сентиментален. Дин сочтет, что ему нужно держать траур (стоп, он же не вдова?).
– Но так нельзя загоняться. Даже с такими проблемами. У тебя разве никого…
- Нет, - хотел сказать независимо, а получилось жалко. Он смущенно доедал картофель, даже не думая поднять на Дина взгляд – стыдился за такую глупую ситуацию, из которой не умел выбраться. За гамбургер очень хотелось взяться, но не хотелось выглядеть аборигеном с голодного острова. Желудок неприятно стянуло от всех этих укоряющих самого себя мыслей.
- Я на условном сроке, отрабатываю общественную работу в магазине, - неожиданно произнес Дин. Кастиэль уставился на него в ту же минуту, как баран на новые ворота. О чем он вообще говорит? – Это чтобы вот эту неловкость убрать. Разлеглась тут между нами, как ленивая корова, - Дин замахал руками, прогоняя воображаемую корову, а Кастиэль не сдержал глупой улыбки. Это было забавно. Да и неловкость действительно исчезла. Он даже смог доесть гамбургер, ощущая себя сытым и довольным котом. Однако сытость потянула за собой сон. Кастиэль потряс головой.
