Это предложение противоречит моей натуре. Вся эта ситуация меня не устраивает, но иначе нельзя. Нельзя, если я хочу остаться редактором. Если Адриан и дальше хочет быть писателем, а его книги в будущем не оценивались как произведения опального инфлюэнсера. Нельзя, если мы хотим, чтобы поток ненавистнических комментариев когда-нибудь прекратился.
Адриан кивает и тихо вздыхает:
– Мне так жаль.
– Мы как-нибудь с этим справимся, верно?
Он прижимается лбом к моему лбу:
– Я очень этого хочу.
– Мы как-нибудь с этим справимся, – уверенно заключаю я, потому что как вопрос это прозвучало бы далеко не так обнадеживающе.
При этом я сама не понимаю, насколько долго нам удастся сохранять все в секрете. Но я точно знаю одно: то, что есть между нами, стоит любых усилий. Ведь я твердо решила быть на всех новых страницах, которые в будущем он захочет открыть.
– Я скоро вернусь.
Глянув на Кейдена и Джоша с легкой улыбкой, я перевожу взгляд на маму, улыбаюсь чуть шире и смотрю на нее чуть дольше.
Мы впервые за очень долгое время собрались под этой крышей вчетвером, и это нелегко.
Но надо сделать так, чтобы мама не испытывала беспокойства. Они с Джошем захотели провести этот воскресный день как семейную встречу перед свадьбой, и хотя для нас с Кейденом это было непросто, мы согласились, и мы здесь.
В итоге – пирожные, намеки на праздничные приготовления и поразительное количество моментов, когда никто не знает, о чем можно непринужденно поговорить.
Все наверняка подумали, что я отправилась в туалет, но мне просто нужно ненадолго выйти на улицу, перевести дух и поговорить по телефону с Адрианом. Прошло более двух недель после нашей последней встречи, и с каждым днем невозможность видеться лично выносить все труднее. Да, у нас есть наши разговоры и переписки, но было бы легче, будь хоть какой-то обратный отсчет, крайний срок, после которого интерес к тому, как и с кем Адриан проводит свое время, полностью бы угас.
Когда мы сможем позволить себе снова жить без оглядки, если это вообще произойдет? Через несколько месяцев? Через год? Еще позже?
Как можно тише я открываю входную дверь, ключа от которой, к сожалению, у меня с собой нет. Беру один из ботинков Кейдена и вставляю его в щель, чтобы дверь не закрылась.
Потом иду по подъездной дорожке и вдыхаю мягкий воздух с ароматом цветов из соседнего палисадника.
Завтра у Адриана снова назначена встреча с адвокатом, перед которой он хочет, как он выразился, как следует сосредоточиться.
Возможно, мне удастся мягко его обо всем расспросить. Пока я знаю лишь, что он подал в суд на своего бывшего менеджера, на Фэй и на несколько особенно агрессивных распространителей слухов. Пока это, похоже, было безрезультатным, ведь прошло уже немало времени. Хотя Адриан надеется, что по крайней мере Эрик Лэнгуэй будет осужден за клевету.
Я подношу палец к экрану, и загорается дисплей мобильника.
Двенадцать пропущенных звонков, тридцать семь сообщений.
Мое тело все понимает раньше меня. Меня прошибает пот, нервы напрягаются, а кровь бурлит.
На панели есть еще одно уведомление. Поле зрения у меня сужается и сужается, пока я не начинаю видеть только «the_real_amanda_d_fanpage и 231 765 других людей теперь следят за тобой».
Вот и начался кошмар – это единственное, что я четко осознаю. Мысли у меня мечутся и перебивают друг друга, и все они довольно бессмысленные. Интересно, я ничего не ощущаю, потому что у меня шок?
На моей странице бесчисленное множество личных сообщений, и миллион раз кто-то где-то меня отмечал. Я кликаю на несколько первых попавшихся ссылок, где я отмечена. Любопытствующие расспросы чередуются с оскорблениями, ничего подобного я никогда в жизни в свой адрес не получала. Плюс обсуждение нескольких фото в моем аккаунте и неприятные сравнения с Амандой – разумеется, она намного умнее, красивее и успешнее меня.
Я что, упала? Похоже на то, потому что сижу на тротуаре, по-прежнему глядя в телефон.
Как на автопилоте я устанавливаю приватность на все свои профили в соцсетях и, хотя это может занять несколько часов, начинаю удалять новых подписчиков – как ненавистников, так и поклонников.
В этом есть нечто почти медитативное. Минуту, а почему я просто не удаляю свои аккаунты? Может, я сейчас все делаю неправильно? Может, лучше было все это игнорировать и не заходить в свои профили? Теперь они знают, что я реагирую, напугана и пытаюсь от всего этого скрыться.
Я заставляю себя сделать несколько глубоких вдохов и при этом не смотреть в телефон.
Потом проверяю, кто из моих контактов мне написал. Первой была Мелли – предупреждение, которое, к сожалению, все равно опоздало. Две трети пропущенных звонков были от нее, треть – от Лорна. Адриан не объявлялся. Значит, он еще не знает? Логично, ведь он старается избегать социальных сетей.
Только сейчас мне приходит в голову, что я так и не знаю, откуда им стало все известно.
