Некоторым утешением служило то, что исполнение закона редко было столь суровым. Избежать наказания было легко: любезный, подкупленный или запуганный судья или присяжные позволяли многим негодяям избежать наказания или остаться без гроша в кармане. («Scot» первоначально означало оценку или штраф.) Законы святилища все еще признавались при Генрихе VIII. Однако мягкость в исполнении законов уравновешивалась частым применением пыток для получения признаний или показаний. Вот законы Генриха VIII, хотя они были самыми суровыми в истории Англии,21 опередили свое время; они запрещали пытки, за исключением случаев, когда речь шла о национальной безопасности.22 Задержка в рассмотрении дела обвиняемого также может быть пыткой; испанский кортес, обратившийся к Карлу V, жаловался на то, что люди, обвиненные даже в незначительных правонарушениях, задерживались в тюрьме до десяти лет, прежде чем их судили, и что судебные процессы могли затягиваться на двадцать лет.23
Юристы плодились и размножались по мере упадка священства. Они заполнили судебные органы и высшую бюрократию; они представляли средние классы в национальных собраниях и провинциальных парламентах; даже аристократия и духовенство зависели от них в вопросах гражданского права. Во Франции сформировалось новое дворянство — «мохнатые коты» Рабле. Каноническое право исчезло в протестантских странах, а юриспруденция заменила теологию в качестве pièce de résistance в университетах. Римское право возродилось в латинских странах и захватило Германию в XVI веке. Во Франции наряду с ним выжило местное право, в Англии ему предпочли «общее право», но Кодекс Юстиниана оказал определенное влияние на формирование и поддержание абсолютизма Генриха VIII. Однако при дворе самого Генриха его капеллан Томас Старки составил (ок. 1537 г.) «Диалог», главной темой которого было то, что законы должны диктовать волю короля, а короли должны подлежать избранию и отзыву:
Та страна не может долго быть хорошо управляемой или поддерживать хорошую политику, где всем правит воля того, кто не выбран путем выборов, но приходит к ней по естественной преемственности; ибо редко можно увидеть, что те, кто по преемственности приходит к королевствам и царствам, достойны такой высокой власти… Что может быть противнее природе, чем то, чтобы весь народ управлялся по воле одного князя?… Что может быть более противоречащим разуму, чем весь народ, которым управляет тот, кто обычно лишен всякого разума?… Не человек может сделать мудрым князем того, кто лишен ума от природы….. Но это в силах человека: избрать и выбрать того, кто и мудр, и справедлив, и сделать его князем, а того, кто тиран, низложить».24
Старки умер странной естественной смертью через год после написания «Диалогов», но за 334 года до того, как они появились в печати.
