– А вот в то, что германские войска будут урегулировать взаимоотношения обоих государств силой оружия, при этом занимаясь разграблением бельгийских территорий, в это я верю. Кстати, брат Генри, Леопольд Второй как-то отреагировал на эту ноту?
– Да, брат Уильям. Ещё два дня назад барон де Фаверо вызвал к себе германского посланника фон Вальвича и вручил ему ответ бельгийского правительства на их ноту, в котором сообщает, что покушение на независимость Бельгии, которым ей угрожает германское правительство, явится вопиющим нарушением международного права. Бельгийское правительство, приняв сделанные ему предложения, пожертвовало бы честью нации и в то же время изменило бы своим обязанностям пред Европой. Сознавая ту роль, которую Бельгия играет более восьмидесяти лет в мировой цивилизации, оно отказывается верить, что независимость Бельгии может быть сохранена только ценою нарушения ее нейтралитета. Если эта надежда была ошибочна, то бельгийское правительство твердо решило всеми средствами, имеющимися в его распоряжении, воспрепятствовать покушению на его права. – Министр иностранных дел, достав из папки ещё одну бумагу, зачитал её текст.
Потом Лансдаун достал из папки ещё один лист, после чего произнёс:
– Вчера вечером бельгийское правительство, несмотря на Пасхальную субботу, отправило письма послам Великобритании и Франции. Если кратко, то королевское правительство Бельгии твердо решило оказать сопротивление всеми средствами, имеющимися в его распоряжении, если германские войска пересекут её границу. Плюс к этому Бельгия обращается к Англии и Франции, чтобы они совместно, как державы-покровительницы, защитили ее территорию. Бельгийское правительство просит согласовать и объединить действия, дабы воспротивиться насильственным мерам, принятым Германией против Королевства Бельгии, и в то же время гарантировать сохранение в будущем независимости и целостности их государства. Бельгия счастлива заявить, что она обязуется защищать укрепления.
Последние предложения министр иностранных дел Великобритании зачитал. Сделав небольшую паузу, брат Генри продолжил:
– Сегодня на рассвете 1 апреля 1905 года германские войска пересекли границы Бельгии. Как сообщил мне де Фаверо, германцы выслали вперёд кавалеристов с листовщиками, которые начали разъяснять местным жителям, что появление на бельгийской территории немецких войск носит вынужденный характер и никак не направлено против бельгийской армии и местного населения. Встретив вооруженное сопротивление бельгийских пограничников, германцы сожгли дотла бельгийскую деревню Баттис, а в городке Версаж расстреляли шесть мирных жителей. Также барон сообщил, что мосты через Маас севернее и южнее Льежа они уже взорвали. Министр, а через него его величество Леопольд Второй просит как можно быстрее сообщить наши планы об оказании королевству военной помощи. Кроме того, есть сообщение, что германские войска также вторглись на территорию Люксембурга. Какой-либо информации от Вильгельма – регента Великого герцогства – по линии МИД не поступало. У меня всё, братья. – Маркиз замолчал и осмотрел сидящих за столом.
В этот раз они были не в масонских одеждах и не в своих мундирах, соответствующих их званиям и должностям, а просто в партикулярных платьях, но заседание происходило по правилам ложи.
– Есть ли вопросы к брату Генри? – спросил герцог Коннаутский, отметив паузой молчание присутствующих за столом, и продолжил: – Спасибо, рыцарь Кадош, садитесь. А теперь послушаем, что нам скажет рыцарь солнца. – Брат Артур, он же великий державный генеральный инспектор Древней ложи и великий мастер Объединённой Великой ложи Англии посмотрел на военного министра Бродрика.
Тот поднялся со своего места, предварительно сделав глоток чая, после чего лекторским тоном начал говорить:
– Братья, для того, чтобы пройти в глубь бельгийской территории, германцам предстоит овладеть бельгийскими крепостями Льеж и Намюр, прикрывающими переправы через реку Маас, которые станут главными препятствиями на пути германской армии. Эти крепости представляют собой систему фортов, возведенных вокруг городов и расположенных таким образом, чтобы при нападении неприятеля они могли поддерживать друг друга артиллерийским огнем. С внешней стороны форты окружены широким рвом глубиной до тридцати футов, так что без наведения переправы этот ров не одолеть. Сами форты надежно защищены толстыми железобетонными стенами толщиной восемьдесят-сто футов, которые не может пробить ни один снаряд обычной полевой пушки. Со стенами крепости, возможно, смогут справиться германские 150-сантиметровые гаубицы, но их ещё надо доставить к бельгийским крепостям.
Бродрик прервался для того, чтобы сделать глоток чая, после чего продолжил:
