— Мы с вами ошибка, мой фюрер. Мы оба должны быть мертвы, — проговорил фельдмаршал уже совершенно спокойным тоном, выпрямляясь.
— Зачем вы здесь? — прошептал бледнеющий Гитлер. Он уже знал ответ.
— Я здесь, чтобы избавить мир от тебя, — сказал Рейнхард Шрёдер.
Его рука быстро нырнула под плащ и выхватила тот самый знаменитый позолоченный револьвер, правда, на нем была какая-то черная штука, вероятно глушитель. Гитлер только успел широко раскрыть глаза, и мощный удар пули в голову повалил его на пол, за стол.
Фельдмаршал быстро пересек кабинет, опустил руку и хладнокровно сделал еще два выстрела, хотя и после первого от головы фюрера, вряд ли что осталось. Но Рейнхард Шрёдер не желал допускать случайностей, как никто, зная, что, таких, как он и Гитлер, судьба бережет с завидным упорством.
— Мой черед тоже скоро наступит, — проговорил генерал тихо.
Он убрал револьвер и спокойно отправился к двери.
Саша с тревогой смотрел на растекающуюся по паркету лужу крови, и у него не было малейшего желания зайти за стол и поглядеть, что там.
— Чертов маньяк разнес ему башку! — выдохнул парень. — Писали, что у него было две пули в револьвере, одна для Гитлера, другая для себя. Кажется, журналисты наврали.
— Какая неожиданность, — отозвалась Сана.
Сана вышла за генералом из кабинета, Саша поспешил за ней, стараясь не наступить в лужу, чтобы не поскользнуться.
За дверями был большой зал. Справа, за небольшим столом с печатной машинкой сидела секретарша, ее лицо вытянулось, глаза были широко открыты. Она, похоже, слышала, как фельдмаршал и фюрер кричали друг на друга, а может и выстрелы, хотя те были едва слышными хлопками из-за глушителя.
Рейнхард подошел к ней, возвышаясь, бедная девушка, вся побледнела
— Фюрер не хотел бы, чтобы его беспокоили, Бинди, ты понимаешь меня?
— Д-д-да, господин Шрёдер…
— Мне нужно немного времени, всего несколько минут, чтобы выйти из здания, прежде чем, ты захочешь проповедать его.
— Х-х-хорошо…
— Ты всегда мне нравилась, Бинди, ты не выбирала, кому служить, как и я.
С этими словами он выпрямился и пошел к выходу из зала. Там стояло двое солдат СС на карауле, но они только отдали ему честь, вскинув руки. Он лишь махнул им, проходя мимо.
Саша хмыкнул:
— Столько неудачных покушений, а Гитлера было убить так просто.
Сана произнесла:
— Просто, если ты настолько высокопоставлен, чтобы оказаться с ним рядом, и настолько безумен, что готов и сам последовать за ним на тот свет, ведь такое убийство слишком очевидно. Пора возвращаться, мы посмотрели достаточно.
Зал с караульными и секретаршей стал растворяться.
****
Саша очнулся в комнате Саны, девушка была напротив.
— Черт, я начинаю понимать твои восторги. Мужик был крут, спору нет, — проговорил Саша, усаживаясь в кресло. — Но под конец, он, похоже, все-таки слегка поехал.
Сана рассказала:
— После того, как застрелил Гитлера, Рейнхард Шрёдер спокойно вышел из здания, сел в машину и отправился к себе домой, как будто ничего не случилось. Отпустил шофёра, которым был известный нам Ганс, сказав ему лететь в Африку, потому что там безопасно, затем поднялся к себе в квартиру. Там он позвонил в генеральный штаб вермахта и сообщил, что убил Гитлера и, как бы между прочим, уведомил, что подчиненные ему войска в Африке и России двинулись к Берлину с приказом очистить страну от черной заразы, так он называл СС. В воспоминаниях генералы отмечали, что господин первый фельдмаршал был странно весел и сообщал все это, как отличную шутку, закончив ее словами, что это ваш шанс, перебейте лидеров СС, возьмите власть в стране и остановите войну, а верные мне войска вас поддержат. Он был в курсе, что почти все военные офицеры недовольны фюрером, а заговоры постоянно зреют, поэтому дал им сигнал действовать.
Саша закивал:
— Я помню из истории, что так и случилось. Произошла маленькая, но кровавая гражданская война, охватившая преимущественно Берлин, однако, под угрозой подхода значительных военных сил из Африки и России, верные Гитлеру силы вынуждены были отдать власть военным вермахта.
Сана продолжила:
— Совершив звонок, Рейнхард сел за свой стол, положил перед собой револьвер и продолжил пить абсент. Он знал, что за ним придут. Когда сапоги застучали по лестнице, он пустил себе пулю в висок.
— Ты так это говоришь, как будто не одобряешь.
— На мой взгляд он проявил малодушие, — пояснила Сана. — Он мог бы вступить в борьбу и победить, ведь его поддерживали войска, многие офицеры. Он сам мог бы стать фюрером. Но он не хотел тюрьмы и позора, поэтому предпочел застрелиться, оставшись неповерженной легендой. Всего лишь человек, — добавила она с некоторым разочарованием.
— По-моему, мужику тогда уже все надоело, он устал.
Сана согласно кивнула:
— И это тоже, плюс романтическая галиматья на тему, что после всего, он недостоин ходить по Земле и должен избавить мир от себя вслед за Гитлером. Но отвечать за совершенные преступления и выводить страну из кризиса он не захотел. Что ж, хотя бы войну остановил своим поступком, иначе все бы это длилось еще очень долго, и ядерное оружие было бы применено не раз.
