Река надежды полностью

– У меня на руках остался последний козырь, Макдональд, – сострадание. Твой приятель Шамар будет мучиться у тебя на глазах, так что ты узнаешь заранее, что тебя ждет. Тебе будет очень больно смотреть, как он корчится от боли, и при этом твой друг будет знать, что ты легко можешь положить конец его страданиям!

Соприкосновение со столбом вывело Призрака из состояния полузабытья, в котором он пребывал в последние дни. Он задергался и начал кричать. Александера же обуяла ярость.

– Сволочь! Падаль!

Он набросился было на Вемикванита, но сжимающая шею веревка тут же натянулась, и его оттащили. Его толкнули на помост и раздели. Шершавая поверхность столба ссадила кожу на спине. Руки ему завели назад и связали, оставив возможность двигаться и вертеться вокруг столба.

– Шамар!

Но друг уже ничего не слышал. Копье как раз в этот миг вонзилось ему в ногу.

Перед Александером проходило отвратительное, не поддающееся описанию представление, настоящий кошмар. Белое тело Призрака, размахивающего руками, на фоне ночи напоминало марионетку, которую потерявший рассудок Бог заставляет плясать под звуки чичигуанов[95] и барабанов. Собаки и дети скакали и кричали от радости, в то время как истязаемый то вопил, то скулил от боли… С наводящими ужас тщательностью и изобретательностью мучители терзали свою жертву. У Александера, который в отчаянии смотрел на агонию друга, то и дело подкатывала к горлу тошнота.

После того как он рассказал Призраку все, что знал о золоте, которого так жаждал Вемикванит, два друга долго обсуждали, как им поступить. Оба понимали – что бы они ни сделали, что бы ни сказали, жизнь свою кончат у пыточного столба. То был лишь вопрос времени. Тсоннонтуаны ни за что не отпустят их живыми.

– Кричи и плачь, как ребенок! Они потеряют к тебе интерес и скорее прикончат. Если мужчина – тряпка, кому нужна его душа?

– А ты сам согласишься показать себя такой «тряпкой»? – спросил Александер, глядя другу в глаза.

Призрак подумал немного, провел пальцем по своей гладкой макушке до того места, где начинались волосы, и улыбнулся.

– А ты?

– Мои «бубенцы» до сих пор со мной!

– Думаешь, они выдержат?

– А твои?

– Однажды выдержали! У них большой опыт… гм… во многих областях!

– В этом я не сомневаюсь.

Александер усмехнулся, хотя живот подвело от страха. Потом посмотрел на друга уже серьезнее.

– Решение за тобой, Шамар! Ты теперь знаешь всю правду. Делай с ней что хочешь.

– У Голландца «бубенцы» оказались крепкие.

– Подумай лучше о своих, старик.

– А что тут думать? Скоро увидим, у кого из нас они крепче.

Отныне каждый из них был вершителем своей собственной судьбы. Если, конечно, не смотреть на отвратительное действо, устроенное метисом… Александер старался не открывать глаз, но это не мешало ему слышать крики товарища. Уже больше часа беснующаяся толпа терзала Призрака. Смрадный воздух вибрировал от воплей истязаемого; его мучители тоже кричали, но от радости. Александер почувствовал, что еще немного – и он сам лишится рассудка.

Кровожадная тварь по имени Вемикванит вернулся к его помосту, принеся с собой запах спиртного. Тело Александера оставалось целым и невредимым, но сердце было изорвано в клочья. Он вызывающе вскинул голову и, не моргнув, выдержал взгляд блестящих черных глаз метиса.

– У Шамара «бубенцы» покрепче твоих будут, Вемикванит!

Метис поджал губы. Не сводя с Александера глаз, он схватил копье и вонзил его шотландцу в ляжку. У Александера вырвался протяжный крик.

– Это только начало, – тихо сказал Вемикванит.

У Александера от боли перехватило дыхание, однако для него стало облегчением получить свою долю мучений. Он даже улыбнулся индейцу, давая понять, что готов ко всему. Сосредоточившись на боли, Александер перестал слышать крик Призрака. Теперь пришел его черед…

На пальцах у него осталось четыре ногтя, голени были покрыты открытыми ранами. Силы покидали его, он с трудом держался на ногах. Но только лишь он начинал сползать вниз, как новая порция пыток заставляла его выпрямиться. Жалобные стоны товарища доносились теперь словно бы издалека, заглушаемые хохотом дикарей и его собственными криками.