Иван Сабанеев машинально обернулся и снова увидел черепа, которые судмедэксперт еще до их приезда составил в ряд на пригорок. Четыре пары пустых глазниц незряче глядели на воду. По зеркальной глади бежала мелкая рябь. Майор Копьев на берегу только что докурил сигарету и теперь молча провожал взглядом окурок, который уносило вдаль неторопливое течение древней и страшной реки. Иван достал свой черный блокнот.
«Будьте щедры, как Господь ваш щедр», — слоган церковнославянскими буквами. Снизу обычным шрифтом помельче — реквизиты для богоугодных пожертвований в фонд «Верочка». Мальчонка на плакате — по виду ровесник его племяша Матвея — тянется к плюшевому медведю, которого дарит ему кто-то в белой одежде. Видны только руки дарителя, а сам он спрятался за краем плаката, где небесно-голубой фон переходит в сияюще-белый, и белые рукава как бы растворяются в нем.
— Гады, — произносит Андрей вслух.
Плакат приклеен к стеклу бутика, за которым выстроились в ряд черные манекены без лиц: рекламируют какую-то новую модную коллекцию. Внутри — никого, продавщица за кассой уткнулась в телефон. Все покупатели толкутся за дверями соседнего секонда, где они с Анькой брали ему куртку два года назад, когда новый торговый центр на берегу Великой — с аквапарком и 3D-кинотеатрами — только открылся. С тех пор Андрей Евстафьев ни разу не был здесь, да и сейчас зашел просто спрятаться от дождя.
Белый с красными прожилками мрамор блестел от воды, которую нанесли на ногах покупатели. Андрей на ходу поправил брезентовую лямку рюкзака на груди. Сам не понял, с чего начался скандал за ужином. Мол, второй месяц он пьет не просыхая, работу не ищет, про машину опять завелась. Глазом не успел моргнуть — глядь, уже Генкин рюкзак, с которым он в город приехал, достала из шкафа и вещи туда складывает. «А куда идти-то, Анют?!» «А куда хошь».
Он плелся по пассажу нога за ногу, никуда не спешил. Ветеринарная аптека. Обувь. Часы. Детское. Снова обувь. Над дверями рыболовного магазина светилось табло с бегущей строкой: «ЧЕРВЬ… МОТЫЛЬ… ОПАРЫШ…». Когда Андрей вошел внутрь, ему улыбнулась и поздоровалась миленькая девушка-продавщица. В магазине был единственный покупатель — сухопарый дед в сером омоновском камуфляже и берцах.
Андрей долго рассматривал блесны и наконец снял понравившуюся колебалку: полосатую под расцветку окуня и такой формы, что, наверное, щука под водой и не отличит от настоящего. Он повертел блесну в руках, вставил на место и перешел к удочкам, а потом к стойке с катушками.
— Вам подсказать что-нибудь? — не выдержала молоденькая продавщица. Поверх кремовой кофты с рукавами у нее был надет жилет-разгрузка цвета хаки — наверняка, из здешнего ассортимента.
— Спасибо. Посмотрю пока.
Он уже разглядывал ружья для подводной охоты. Выбор был небольшой, всего две штуки: одно такое же, как у Гришки в Бабаеве, второе — помощней. Вместе с ружьями висел арбалет с гарпуном.
Пожилой рыбак в камуфляже пошел рассчитываться. Пробивая товар, продавщица в рыбацкой жилетке то и дело с подозрением поглядывала на Андрея. Вдруг снаружи раздались крики. Вместе с девушкой он обернулся к выходу и увидел бегущих по проходу людей.
Машка, сестра покойная, рубила тварей топором, мужик в Глотах стрелял из охотничьего ружьях, полицейские в Овсищах — из автоматов, и всё без толку. Только бегством можно спастись — об этом говорили все выжившие. Если бы у Андрея была хотя лишняя секунда, чтоб поразмыслить, то и он не стал бы терять времени. Но рука машинально потянулась к оружию.
Перед арбалетом он схватил со стойки большое ружье, но не понял, как вставлять гарпун, и теперь пытается справиться с луком. Должна быть специальная приспособа — это было на видео в интернете. Тут вот есть как раз маленький рычажок сбоку. Подергал раз, другой — не поддается. В конце концов, поднатужившись, он натягивает тетиву голыми руками.
Снаружи воет сирена, а в магазинчике уже давно нет ни продавщицы, ни старика, но откуда-то на полу появилось существо размером с крупного сома на четырех коротких лапах. Андрей почувствовал омерзительный запах — такой же, как в январе в ночь новолуния стоял у староверской пристани. Тварь мелким семенящим шагом двинулась к нему.
Андрей шмальнул и попал. В том месте, где гарпун вошел в тушу, наружу выступила густая жижа, вроде битума. Вдруг он понял, что связан с чудовищем тросом, и в ужасе отбросил арбалет.
В обход раненой твари с торчащим из нее гарпуном Андрей в несколько шагов достиг двери. В проходе торгового центра стояла та же вонь. Люди бежали в сторону главного выхода, и он последовал их примеру. Где-то на середине пути, между двумя обувными отделами, Андрей, не останавливаясь, сбросил со спины рюкзак со своими вещами.
Фойе уже кишит ящерами. На эскалаторе тела тварей сливаются цветом с ползущей вверх черной ленты. Внизу автоматические двери услужливо пропускают внутрь новых убийц то поодиночке, то небольшими стайками.