Кажется, на какое-то время разум покинул их обоих. Ибо, только их тела сотрясались от удовольствия, и вот уже Кейлех понимает, что лежит на Эрнане, который примостился на хлипкой кроватке. Кейлей физически была вымотана так, словно весь день сдавала нормативы на полигоне Храма. При этом она была полна неги и блаженства. Хотелось петь и радоваться жизни. А еще хотелось посетить купальни, чтобы смыть пот и следы страсти... Смутно вспоминала, что после стены, муж взял её еще на полу… а потом сзади, прижимая животом к кровати… Как хорошо, что на всякий случай выпросила у одной из жриц артефакт тишины, поглощающий звуки во всей келье, который заблаговременно спрятала под кроватью.
— Как хорошо, — прохрипел Эрнан её в макушку, — жаль, надо вставать…
— Еще немножечко полежим, — усмехнулась Кей, прижимаясь щекой в широкой горячей груди. — Как твои дела? Я так соскучилась…
Кейлех не надо было видеть лицо мужа, чтобы почувствовать, что тот улыбается.
— Я тоооожееее, — проговорил лотар, растягивая буквы. — Мы разбирались со Злой Равниной.
Кейлех уже читала про Равнину в библиотеке. Четыре сотни лет назад шесть отступников-анданов затеяли переворот. Они решили сместить Князя. Хотели править сами, назвав себя Советом Шести. Однако, князь был помазанником Божьим и без позволения Богов это было невозможно совершить. Уже не раз Кейлех, засиживаясь в библиотеке, читая описания важных событий, сталкивалась с тем, что Боги в Дангоре создания не номинальные, что ним часто присутствуют в жизни людей, и вмешиваются, если деяния людские могут пошатнут Божественный баланс.
Тогда отступники-анданы, решили создать уникальный артефакт, способный отрезать всё княжество от любого божественного вмешательства. Стать Новыми Богами. Откуда они собирались после этого черпать свою силу, в книгах указано не было. Они собрались вместе, чтобы соединить свою силу в центре места, где пересекались многочисленные силовые потоки. Раньше здесь были владения семьи одного из шести отступников: небольшой городок, пару сёл, поле.
Глупцы, на что они рассчитывали, когда хотели обмануть самих Богов? Боги, разгневавшись, явили силу свою. Так и не наделенный мощью артефакт был разрушен, а вместе с ним — стерты с лица земли шесть анданов, город и селенья. Деревья стали камнями, но все люди и животные, как ни странно, остались целы и со временем разбрелись кто куда. Единственное, кто пострадал — близкие родичи зачинщиков, которые помогали с заговором.
В учебнике отступников назвали глупцами. Так и написали «Заговор шести глупцов».
Эрнан провел пальцами по волосам Кей, продолжая говорить:
— Всё это время по магической связи общался с прочими анданами и княжескими безопасниками по поводу обнаруженного в Злой равнине лагеря. Анданы встревожены. Понимаешь, на всей территории Злой равнины не действует магия. Но то, что там действовал защитный контур, связано с каким-то артефактом, причём божественного происхождения. Андана Арнита считает, что наше перемещение туда и оттуда в Храм, было ничем иным, как божественным вмешательством Улаары. Богиня показала нам, что происходит что-то, что может нарушить равновесие божественных сил в Дангоре.
— А лагерь?
— Грязные подпольные бои. Подобное случалось еще до моего рождения. Собирались отморозки, платили за право участия организатору, дрались до смерти, — фразы Эрнан были теперь рублеными, ему явно было неприятно говорить это, — Призом была девушка. Всегда читая, невинная, похищенная из соседних государств. Победитель насиловал её прямо у всех на глазах… — мужчина тяжело вздохнул, — Это было несколько поколений назад. В то время мой прадед пресек подобное, разыскав организаторов. Проблему с малым количеством женщин он решил, позволив дангорцам жениться на иностранках. Раньше подобное не дозволялось.
— И кто же был организатором?
— Купец и два капитана его кораблей.
*****
Очередной сон перенёс её в
— Поздравляю, теперь ты жрица. Источник принял тебя, — ласково улыбнулась бывшая андана Улаары.
— Спасибо, — Кейлех подалась вперёд, — Во время обряда, я кое-что поняла. Ты вложила в меня свои знания...
Невысказанный вопрос застыл в воздухе. Таира тяжело вздохнула, и на лице у нее появилось виноватое выражение.
