По спланированному Борисом сценарию в Кишинёве братьев встречали Евсеев и Юрий Опря. Вчетвером компаньоны перегружали сумки в видавший виды «Рафик», собственность отца Юрия, Афанасия Степановича. К товару из Москвы и Подмосковья Евсеев добавлял свой со склада, то, что там оставалось. Юра ничего своего не вкладывал. Он заносил в салон картины отца и садился за руль. Этим обусловливалось его участие в общем деле. Сам же прославленный народный художник занимал место рядом с водителем и отдавал команду: «Вперёд». Ниже среднего роста, с огромной лысиной, обрамлённой кучерявыми тёмно-русыми волосами с сединой, он удивлял Веню своим неизменно красным носом. Создавалось впечатление, что Афанасий Степанович сбежал с детского утренника, где играл деда Мороза, скинул «дедовскую» красную шапку с белой окантовкой, красную шубу, красные варежки и посох с блёстками, а красный грим с носа смыть забыл. Командовал художник в полной уверенности, что в салоне «Рафика» едут рабочие и ассистенты, нанятые сыном для перевозки картин и оформления выставки-продажи в городе Брэила, куда лежал путь предпринимателей. На вопрос отца, почему в машине много сумок, Юра резонно отвечал: «Надо же людям свою копейку заработать». Человек искусства, вспыльчивый, но простой, без гонора «звезды» Афанасий Степанович понимающе подмигивал и говорил: «Коммерция». Благодаря договорённости с румынской стороной, под эгидой «культурного обмена» «Рафик» пересекал границу, минуя длинные автомобильные очереди.
В пути, между делом, Юра рассказал, как на последнем летнем чемпионате СССР по морскому многоборью, где он в составе республиканской команды принимал участие, на параде открытия спортсмены Латвии, Литвы и Эстонии вышили с флагами не союзных республик, а «до оккупационного» периода. Как стояли они в сторонке, особняком и все участники соревнований, и тренеры, и судьи, и зрители смотрели на них и понимали – это последний чемпионат страны. На него не приехали ни армяне, ни грузины, ни азербайджанцы. Непонятно, зачем приехали «прибалты», если страну советов они перестали считать своей страной. На том самом чемпионате молдаване заняли третье место в первый и последний раз в истории этих соревнований. В команде из семи спортсменов и двух тренеров не оказалось ни одного молдаванина – один украинец и один болгарин, остальные русские. Так что, когда генерал Косташ, председатель молдавского ДОСААФа поздравил призёров на молдавском языке, его никто не понял, но ему поаплодировали потому, что он закончил говорить, и все по смыслу догадались – надо.
– Ты что, молдавский забыл? – с иронией спросил Афанасий Степанович сына.
– Нет. Но я запасным был, а рассказываю про основной состав.
– Что такое морское многоборье? – поинтересовался Борис.
– Пять видов: плаванье четыреста метров, стрельба из мелкокалиберной винтовки по мишеням, бег полтора километра, парусные гонки на ялах и гребля на тех же ялах. По каждой дисциплине начисляются очки, суммируются и определяют победителя, – пояснил Юрий.
– А ты был загребным или на баке сидел?
– Он на гитаре лабал, пока остальные вёслами махали, – ответил за Юрия Евсеев.
