Адольф Розенберг относит изображение молодой дамы, находящееся в Амстердамском музее, от 1639 года, к портретам Саскии, не настаивая, впрочем, на этом предположении. Мы бы тоже не настаивали на таком предположении, хотя в портрете много данных и в пользу сделанного допущения. Лицо имеет сходство с лицом Саскии. Тот же довольно широкий овал, с глазами несколько большого размера. Такой же намечающийся второй подбородок. Наконец, мягкопушистые волосы рыжеватого оттенка. Но выражение лица, в общем привлекательного, лишено свойственной Саскии интеллектуальности. Оно куда грубее и элементарнее. С другой стороны, и детали туалета, например, двойной гипюровый воротник, не соответствуют знакомому нам гардеробу Саскии, как, впрочем, и серьги с тройными подвесками, не встречающиеся ни на одном другом её портрете. Корпус тоже представляется в общем шире обычного. Руки в кружевных рукавах украшены браслетами из драгоценных камней. Сама кисть толста, плотна, с длинными пальцами, велика в объеме, с тонкими ямочками. Тут есть что-то от Саскии.
Что касается общего выражения портрета, то еврейский характер чувствуется неоспоримо почти во всём. Структура лица, лишенного растительно
