Мы подъехали к дому, но не успел я отстегнуть ремень безопасности, как водитель ринулся ко мне, спеша открыть дверцу.
– Всего хорошего, мистер чистокровный, сэр. С вами приятно было ехать.
– С вами тоже, мистер полукровка. – И, чуть помедлив, я добавил: – Сэр.
Он весь засветился, как рождественская ель. Я стоял, наблюдая за тем, как его машина уезжает. Когда он скрылся за углом, я вытащил из кармана смартфон и посмотрел стоимость поездки. Как я и думал, ерунда, но если посчитать, сколько должен потратить водитель, то получается, что он правда уходит в минус. На экране высветилась форма для оценки поездки, где я поставил высокие баллы и ещё перевёл на личный счёт водителя чаевые – в пять раз больше, чем стоила поездка. Мне показалось, что это была моя самая лучшая трата денег за последнее время.
Отец сегодня вернулся рано. Я знал, что разговора не избежать. Он и так оттягивал этот момент не меньше меня, но всему хорошему рано или поздно приходит конец.
Я переоделся, поел в одиночестве – из лицея приехал поздно, отец с Габи уже успели пообедать – и засел за домашнее задание. Но меня не покидало предчувствие: «Сейчас кто-то из прислуги пригласит меня в кабинет к отцу». Время шло, я пытался решать алгебру, но то и дело возвращался мыслями к предстоящему разговору. Продумывал контраргументы на очередные нелепые рассуждения о том, что все полукровки – обслуга, не более. Это настолько захватило моё воображение, что я уже не мог сосредоточиться ни на чём другом. Я в который раз пообещал себе, что не откажусь от дружбы со Скэриэлом. Больше того, я опять потребую вернуть Кевина. Хочет отец этого или нет, но я буду стоять на своём.
Когда раздался стук в дверь, я чуть не взвизгнул от испуга. Настолько погряз в воображаемых баталиях, что позабыл о реальном мире.
– Господин Готье, господин Уильям просит вас в свой кабинет, – проговорила Лора.
Я вздохнул, приходя в себя:
– Понял, спасибо!
Час настал. Я выскажу отцу всё, что думаю. Если, конечно, не струшу под его тяжёлым взглядом.
Уже у его двери мой боевой настрой начал предательски спадать. Я поправил одежду, набрал в лёгкие воздуха и постучался.
– Входи, – громко раздалось по ту сторону.
Идти до конца!
Я вошёл в кабинет.
– Присядь. – Махнув рукой, отец указал на кресло напротив стола.
Моя решимость кричала о том, чтобы встретить отца стоя, уверенно глядя ему в лицо, но вместо этого я покорно сел, пока он подписывал документы.
– Как твоя подготовка к экзаменам? – не глядя на меня, спросил отец.
Более-менее. Скорее даже менее. Точнее, я вообще забыл про экзамены, спасибо, что напомнил.
– Идёт полным ходом, – твёрдо ответил я.
– Это хорошо, – произнёс он. – Что по поводу наставника?
Чёртовы наставники. Сдались они мне, ей-богу. Нет уж, обойдусь. Я могу отказаться? Так вот, я отказываюсь. Хватит с меня. Весь первый год в Академии Святых и Великих будет для меня сплошным стрессом, не хватало ещё хмурого Гедеона или ленивого Оскара за спиной. Нет, серьёзно, о чём отец думает, предлагая их? Он же не настолько слеп, чтобы не замечать, как ко мне относится брат?! Про Оскара я вообще молчу.
– Да, я много думал об этом, – проговорил я, – и решил, что…
Что в гробу я видел этих наставников.
– Гедеон хочет быть твоим наставником, – прервал меня отец.
Ха! И ещё раз ха! Гедеон в гробу меня видел, вот это уж сто процентов, без вариантов. Такое чувство, что отец живёт в своём мире, где в семье царят любовь и гармония, а мы с Гедеоном живём душа в душу. Но мы даже не родные братья.
– Не думаю, что Гедеон правда этого хочет, – неуверенно сказал я.
– Я слышал, что Оскар хотел быть твоим наставником. Он с тобой уже об этом поговорил?
Поговорил, а затем увёз в Запретные земли и бросил там.
– Да, он спрашивал, – начал было я.
Отец оторвался от документов и внимательно посмотрел на меня.
– Но я не хочу, чтобы Оскар был моим наставником.
– Интересно, – протянул он. – Ни брат, ни Оскар. Так кого ты хочешь в качестве наставника? Выбрал другого претендента?
Я взял себя в руки и посмотрел отцу в глаза. До этого я малодушно избегал его взгляда, уставившись под ноги. Но теперь мне очень хотелось увидеть его реакцию.
– Да, выбрал.
Вообще не выбрал, даже думать об этом не смел. Какие тут наставники, когда совсем недавно я узнал о том, что всё кругом обман.
– И кто это? – Отец нетерпеливо барабанил пальцами по столу.
– Люмьер Уолдин.
Надеюсь, он не успел выбрать себе другого первокурсника…
Отец удивлённо посмотрел на меня, повторил: «Люмьер Уолдин?» – будто пробовал имя на вкус. Я ждал его вердикта.
– Хорошо, – произнёс он, словно сам был изумлён моим выбором, но в конце концов остался доволен.
Просто камень с души. Ещё бы Люмьер знал об этом.
– Ты спросил его? Или это он тебе предложил?
Я чуть было не ответил «да» на два противоположных вопроса.
– Я, то есть он. – Торопливо выпалив это, я прикусил губу, чтобы не ляпнуть что-то ещё. Помедлив, снова ответил: – Точнее, это был я. Спросил его, может ли он быть моим наставником. Так всё и было.
