Хотя в наш период столь важные источники новых знаний были неизвестны, не следует полагать, что география тогда полностью строилась на преданиях. География, основанная на наблюдениях, никогда полностью не пропадала даже со страниц энциклопедий. Между тем их результаты наиболее полно отражены в письмах, хрониках и разного рода описаниях. На протяжении всего периода нам встречаются не только сведения о различных поразительных природных явлениях, таких как землетрясения и извержения вулканов, но и множество менее примечательных наблюдений. Среди произведений о путешествиях особое место принадлежит трудам Гиральда Камбрийского, чьи «Топография Ирландии», «Описание Уэльса» и «Путешествие по Уэльсу» восходят ко времени после 1188 года. Гиральд доверчив и предвзят, он охотно пишет о внутренней Ирландии, зная о ней лишь понаслышке, и не пренебрегает обращаться к Солину и традиционным аллегорическим толкованиям. Тем не менее он предоставляет из первых рук описания озер, рек, гор и незначительные сведения о климате, а также интересные факты о приливах у берегов Ирландского моря, основанные, вероятно, на рассказах моряков и рыбаков, чьи вполне достоверные сведения читатель часто склонен упускать из виду. Все же география Гиральда очень человечна, даже слишком человечна в глазах современных валлийских и ирландских исследователей, поскольку Гиральд обращается к языку, нравам и обычаям, влиянию климата на темперамент, перечисляет похвальные и порицаемые черты своих соотечественников-валлийцев и даже отмечает сходство между языком валлийских фей и греческим языком Присциана.
В эту эпоху знание географических особенностей регионов зависело от возможности вести наблюдения. В случае Западной Европы XIII века ситуацию можно охарактеризовать так:
Во-первых, неплохо были изучены области, известия о которых приходили и распространялись благодаря активной торговой, дипломатической, церковной, военной и научной деятельности. Можно сказать, что эти области включали в себя большую часть Европы к западу от Эльбы и Венгрии. Они также включали сухопутные маршруты в Константинополь, на побережье Средиземного моря и на Святую землю. Скандинавы, которые славились как великолепные путешественники, знали не только вышеперечисленные области, но и побережье Балтийского моря, юг Норвегии и Швеции, а также Исландию. За пределами известных территорий лежала вторая группа земель, о которых имелось множество весьма достоверной информации, полученной из трех источников: (1) сообщений случайных путешественников; (2) более или менее достоверных слухов; (3) описаний, почерпнутых у классиков. Большая часть Западной Азии и Северной Африки подпадала под эту категорию, а в случае скандинавов к ним присоединялась еще и Гренландия. Дальше лежала третья группа областей, о которых ходили лишь самые туманные слухи, – владения сказочных монстров и легендарных людей. Для одних авторов такой землей была Индия, для других – Россия и северная Скандинавия, для третьих – загадочные острова, скрытые в Западном океане. Наконец, последними шли области, лежавшие за пределами известного мира, о которых люди Средневековья, как они сами могли сказать, ничего не знали[188].
Такое разделение отчасти зависело от нравов. Для неопытного ума все невиданные земли были одинаковы. Неизведанное и чудесное в Средние века шли рука об руку. От описания Гиральдом Западной Ирландии было рукой подать до плаваний святого Брендана и его команды мимо «покрытых брызгами волн Гебридов», рассказ о которых наполнен удивительным сочетанием описаний настоящих айсбергов и фантастических образов из Иезекииля и Апокалипсиса. Здесь одинокая фигура Иуды была извержена из огненного кратера, чтобы «остыть во льдах» Западного океана. С этого момента география надолго сближается с небылицами.
