Как мы увидели, религиозная поэзия легко переходит в светскую. Религиозные и светские произведения идут рука об руку, положенные на одну и ту же музыку, собранные в одних и тех же книгах, но даже и автор зачастую у них был один и тот же. Он воспевал радости земные и небесные одной и той же мелодией и почти на одном дыхании. В таких обстоятельствах влияние церковной поэзии и музыки на светскую музыку и поэзию должно было быть очень велико, хотя характер этого влияния не так просто проследить на конкретных примерах, что требует дальнейшего изучения. Римская литургия была и прародительницей для многих литературных форм, потому что она дала жизнь секвенции и тропу, а те, в свою очередь, породили другую поэзию и драму – религиозную и, позже, светскую. Из них наибольший исторический интерес представляет религиозная драма как источник для светской драмы позднего Средневековья и Нового времени.
В искусстве драмы прослеживается окончательный разрыв с традициями классической античности. Драма в Средние века была заново создана из средневековых и, в особенности, христианских элементов. Римские театры исчезли вместе с Римской империей, на радость лидерам христианской Церкви. Пьесы латинских драматургов сохранились исключительно в книгах, которые мало кто читал даже во времена возродившегося интереса к классике. Поэтому, когда Хросвита подражала Теренцию, а Виталий неявно подражал Плавту, они не рассчитывали на то, что их произведения будут исполнять на сцене. В так называемых элегических комедиях XII века, вроде «Альды» Вильгельма Блуаского и анонимного «Памфила», скорее просматривается влияние Овидия, нежели Теренция, и они не имеют очевидной связи с современной или последующей драматургией. Средневековая драма выросла из церковной литургии и долго оставалась под ее покровительством. Конечно, на нее непосредственно повлияли интеллектуальные и социальные условия того времени. Три основных типа драмы были связаны с тремя главными интеллектуальными возрождениями Средних веков: мистерия или литургическая драма – с Каролингским возрождением, миракль – с интеллектуальным движением XI–XII веков, моралите – «с Ренессансом XIV века во Франции и Англии»[123].
На драматургические возможности христианского богослужения часто обращают внимание. Огромный кафедральный собор или монастырский храм, духовенство в богатом облачении, благоговейное собрание верующих создавали обстановку. Последовательность церемоний определяла границы действия, а литургия давала материал для драмы в центральном жертвоприношении мессы, в процессиях Вербного воскресенья и днях памяти разных святых, в богатом собрании библейских повествований и Священного Предания, а также в кульминационных обрядах главных событий церковного года – Рождества и Пасхи. Антифонное пение предполагало звучание двух хоров. Оставалось лишь распределить роли и добавить действия. Исследователи сходятся во мнении, что у истоков религиозной драмы стоит троп, созданный в IX веке, вероятно, в монастыре Санкт-Галлен, на основе пасхального интроита (
«Кого ищете вы во гробе, о последователи Христовы?» – поют ангелы.
«Распятого Иисуса из Назарета, о небесные обитатели», – отвечают женщины.
«Воскрес Он, как и сказал. Идите, расскажите, что восстал Он из гроба».
«Воскрес Я», – начинается
Мы имеем дело с диалогом до тех пор, пока две половины хора поют в ответ друг другу, драма же начинается, когда два ангела и три Марии обретают персонификацию. К XII веку эти несложные зачины переросли в проработанные литургические постановки на Пасху и примитивные сцены из Страстей Христовых, которые часто разворачивались около гроба внутри храма. Аналогичное развитие затронуло святочный цикл, который стал включать в себя сцены с пастухами и пророками в день Рождества, а на Богоявление – постановки о трех волхвах и Рахили, плачущей об убитых младенцах. Тексты из многих регионов Европы свидетельствуют о широком распространении этого нового искусства. Большие праздники христианского года стали поводами как для драматических постановок, так и для народного веселья; даже если драма по-прежнему разворачивалась под церковными сводами, по большому счету она уже готова была стать независимой и принять светский характер. И в самом деле, в XII веке эта секуляризация уже начинается в использовании французского языка и в перенесении сцены в куда более обширные пространства церковного двора и рыночной площади.
