Смешно – и неловко – но первым делом на ум пришла дурацкая шутка одного из коллег – любил цитировать её всякий раз, когда возвращался из юридического отдела. “Знаете, как начинается виртуальный секс с юристом?”
Вероника улыбнулась, взяв со стола бокал минеральной воды.
— Я знаю эту шутку. “Я медленно снимаю с себя всякую ответственность...”
Александр смутился, сам от себя не ожидая. Хотя успел выпить бокал шампанского и несколько захмелеть. Позвольте, так он что, сейчас ляпнул начало этой шутки вслух?!
— Ваш коллега считает, что это очень остроумно, – продолжала улыбаться Вероника, – а мы всем отделом делаем вид, что слышим впервые. Ну, не смущайтесь! Слушайте, вы и правда молодец, я читала отчёты тестирования. У вас почти без косяков.
— Однако! – покачал головой Александр, смутившись сильнее. – Спасибо! Стараюсь.
...и пошёл уже совершенно дружелюбный разговор ни о чём.
* * *
— ...Вспомнили! – улыбнулась Вероника, прижимая свою ладонь чуть сильнее. – “Я медленно...”
Александр расхохотался – до слёз, не сразу вернулся к реальности. Спохватился, перевернул вытекшие часы и поставил галочку.
И осёкся. Показалось, что случилось то, что было утром – когда контуры Ники размылись, а потом Римма намекнула, что это не страшно. Только теперь дрогнули и утратили резкость очертания Вероники и... кофейника с чашками. Александр помотал головой.
— Вы только что видели что-то необычное, – покачала головой Вероника. – Я не могу ошибаться. Расскажете, что именно?
Сложно передать словами. Вероника не просто размылась, а потом вновь уплотнилась. Такое ощущение было, что она исчезла на долю секунды, а затем вновь уселась за стул – очень быстро, как при ускоренном воспроизведении – и вновь стала чёткой и реальной.
Вероника покивала, услышав сбивчивый рассказ, указав глазами на только что вытекший песок в часах. Вновь перевернул часы, вновь поставил галочку.
— Скажите, зачем вы рассказали мне это всё? – поинтересовался Александр. – Зачем показали, кто такая Римма? Я ведь понимаю, что всё это очень секретно. Чёрт, у меня просто голова кругом!
Вероника перестала улыбаться.
— Всё очень серьёзно, Александр. Мы с вами во многом похожи. Немного позже вы сами это увидите. Я хочу довериться вам – не так много людей вокруг, кому я могу довериться.
Вновь рябь на пространстве – вновь Вероника расплывается, “прибегает” и уплотняется. На этот раз немного заломило в висках.
— Если это действительно холодный термояд, если всё это существует – почему оно ещё не у военных, не засекречено?
— А вы представляете последствия? – Вероника повернула голову. – Представляете последствия того, что адаптивный коллоид, холодный термояд и последняя версия Реплики попадут к военным?
Александру стало не по себе. Коллоид – это, вероятно, тот самый серый порошок, строительный материал тел Риммы и Ники. Плюс холодный термояд... нет, невероятно. Можно не гадать, что будет: вопрос времени, когда обладатель этого всего решит использовать своё преимущество, чтобы навязать свою волю миру. Что можно противопоставить таким солдатам, как Римма? Даже если коллоид как-то уязвим, остаётся холодный термояд. А любой источник энергии можно превратить в оружие, и первое использование его – очевидно, бомба. Минуту, минуту... Веронике сейчас двадцать пять лет, как всё это возможно? Когда она могла успеть??
— Вы меня вербуете? – откинулся Александр на спинку стула. Вероника улыбнулась и вновь положила свою ладонь поверх его.
— Прошу о помощи. Я не одна, мне помогает Римма, но мы уже не справляемся.
Александр вздохнул.
— Понимаю, – кивнула Вероника. – Вы даже не представляете, как испугалась я сама. Если вам страшно – мы вернём всё в начальное состояние и забудем друг о друге.
Александр скептически покачал головой.
— Что, если эти ваши секретные материалы кто-то украдёт? Ну или заставит меня или вас сказать всё, что мы знаем?
— Вас не затруднит повторить этот вопрос? – Вероника включила диктофон на своём телефоне, чтобы Александр видел – идёт запись – и протянула телефон ближе к губам собеседника. Александр повиновался, не без усмешки. Вероника выключила запись, улыбнулась и вновь положила свою ладонь поверх ладони собеседника.
Александру показалось, что на долю секунды закружилась голова.
— Можно попросить вас повторить вашу последнюю реплику?
— “Вы меня вербуете?” – Александр улыбнулся. Вероника улыбнулась в ответ.
— Вы совершенно точно помните, что больше ничего не говорили?
— Конечно, – удивился Александр. Вероника молча достала диктофон – чтобы было видно время записи – и включила последнюю дорожку.
Александр долго смотрел на Веронику. Наконец, опустил взгляд, побарабанил пальцами по крышке стола.
— Выходит, вы можете заставить меня забыть?
— Да. Наверное. Но мне правда нужна ваша помощь.
Александр улыбнулся, положив свою ладонь поверх ладони Вероники.
— Почему я? Мне правда интересно. Я не знаю, как вы это открыли, кто ещё обо всём знает, но почему я?
