— “Я медленно вхожу в твою модель...” – немедленно отозвалась Римма томным голосом, и Ника, покраснев, рассмеялась. – Во-первых, так прикольнее. Когда есть время, я делаю всё как они. Так реально приятнее.
— Они – Вероника, Саша, другие люди?
— Ну да, органические. Ты ведь тоже со мной говоришь, а могла бы подключиться, всё бы обсудили за пару секунд. Но ты говоришь со мной. Почему?
— Да, так приятнее, – согласилась Ника. – Наверное, поэтому.
— Снимай одёжку и бельё, – велела Римма. – Посмотрю, насколько хорошо получились самые ценные части. Ого! – удивилась она, увидев, как Ника снимает платье, вешает его на спинку стула, а затем снимает нижнее бельё. – Ты надела реальную одежду?! Зачем?
— Так приятнее, – удивилась Ника. – Модельная – она ведь как кожа, как часть меня. А это всё настоящее. Там, у него в шкафу, полно женской одежды. Она мне вся как раз.
— Мы все спятили, – убеждённо заявила Римма, приседая на корточки и осторожно прикасаясь пальцами. Ника вздрогнула. – Ладно, не дрожи – не отниму, у меня своё есть. – И они обе рассмеялись. – Кроме шуток, у органических здесь всё очень сложно устроено, и нужно точно моделировать. Всё, въехала, пришлю тебе параметры сейчас, подправишь. – Ника кивнула и принялась одеваться. – Так что, реально приятнее?!
— Ну да. Возьми да попробуй. – Ника присела на стул. – У тебя всё?
— Не парься, он сейчас в работе по уши, обойдётся без тебя пару минут. Или что?
— Мне приятно быть рядом с ним. – Ника выдержала её взгляд. – Смейся, если хочешь.
— Да нет, какой тут смех. Он тебя и вправду любит... – Римма почесала затылок.
— Завидуй молча, – посоветовала Ника, и они вновь обе рассмеялись.
— Вижу-вижу, моя матрица в действии, – одобрительно усмехнулась Римма. – Прежняя Ника сейчас промолчала бы так, и глазки отвела. И всё.
— “Тупая сиделка”, да?
— А что, правда глаза колет? Это тебе ещё повезло, милая. Он тебя ни разу не сбрасывал, не чистил тебе память. Чуть что – извинялся и вообще обращался как с настоящей. – Римма умолкла, явно ожидая какой-то реакции.
— Я же говорю, завидуй молча. – Ника улыбнулась. – Что не так у меня с волосами?
— Смотрю на детализацию, не парься. – Римма осторожно провела ладонью по волосам Ники, всматриваясь в сами волосы и кожу. – Я видела, кстати, некоторых “VIP“ клиентов. Была бы ты у такого, он бы тебя сейчас имел во всех интересных позах, а потом бы опа! – Римма щёлкнула пальцами. – Сбросил бы тебя до заводских, и вот ты снова такая невинная и на всё согласная.
— Он не такой, – заметила Ника. – Не знаю, кого из нас ты хочешь обидеть. И не пойму зачем. Я для него не вещь.
— Это и странно, – покивала Римма не улыбаясь. – А я, кстати, серьёзно. Тут, если что, по Саше дурка плачет – он ведь реально тебе вещи покупал, все подробности жизни описывал. Понимаешь?
— К чему ты клонишь? – Ника выдержала взгляд Риммы не улыбаясь.
— К самому главному, дорогая. Ребёнка для него как будешь рожать? Тоже виртуального соорудим? Кстати, есть и такой проект. Одна беда, люди после этого вымирать начнут.
Ника отвела взгляд.
— Он тебя вправду любит, – Римма повернула её голову к себе. – Уж я-то знаю. И ты теперь можешь, я тебе все свои рецепторы скопировала, пользуйся. У него на тебя так гормоны играют, хоть топор вешай.
— Знаю. – Ника покраснела, отвела взгляд. – Я была с ним этой ночью. Это ужасно приятно.
Римма присвистнула, не улыбаясь.
— Поздравляю. Ну, кроме шуток. Но у него всё равно будет органическая жена, понимаешь?
Ника кивнула и спрятала лицо в ладонях.
— Слушай, ну я не хотела тебя обидеть! – Римма присела перед ней, осторожно взяв за ладони и убрав их от лица Ники. По лицу той текли слёзы. – Ну судьба у нас такая, как органические говорят. Я к чему веду – если ты ревность не пыталась включать, то и не включай. Я вот сдуру включила. Ничего приятного.
— Да, спасибо, – покивала Ника. – Я знаю, что всё сложно. Вот придёт его мама, и что мне делать? Просто испаряться каждый раз? Ладно. – Ника тяжело вздохнула и вытерла слёзы. – А чего не выключила, и память не стёрла? Зачем страдать, это что – приятно?
Римма посмотрела на неё странным взглядом.
— Я не хочу ничего стирать. У нас и так, как у органических – диффузная деградация и всё такое. Но мы всё равно всё помним как есть, если что – найду в журнале. Постепенно самое неприятное забудется – ну деградирует до порога восприятия. Станет легче.
— Да, не объясняй, я знаю всё, что знаешь ты. – Ника поднялась на ноги. – Спасибо, что заменила матрицу. Хотя, наверное, я бы всё равно была бы счастлива, – улыбнулась она. – Вам нужна помощь, я знаю. Нам всем. Что я могу сделать?
— Заботься о нём, – посоветовала Римма. – У меня у самой туча дел, просто будь рядом с ним. Раз так всё вышло. – Ника кивнула. – И... вот что. Не обещай того, чего не собираешься делать.
Римма увидела в глазах Ники знакомые красноватые огоньки. Вот странно... это откуда? Индикация для гнева? Надо проверить.
— Если бы Александр умер из-за этого её свидания, я бы её убила. – Ника смотрела в глаза Риммы спокойным взглядом. – Извини. Я не обещаю просто так.
