Сегодня тюрьма показалась ей особенно угрюмой и серой. Наверное, во всем был виноват сон, но легче от этого не становилось. Пустынные коридоры, железные решётки, цепкие взгляды охраны – всё это навевало страшные воспоминания, заставляя невольно вздрагивать и плотнее кутаться в любимую тёплую кофточку, по наитию прихваченную из дома. Люси уже жалела, что приехала сюда, и только осознание того, как мало времени осталось у её будущего собеседника, заставляло девушку, сцепив зубы, шагать за своим сопровождающим в комнату для свиданий.
Драгнил, кажется, совсем не удивился, увидев её. Молча сел напротив, впившись в лицо внимательным, пристальным взглядом. А она всё никак не могла начать разговор. Стоило Люси увидеть его, и память услужливо, во всех красках и до мельчайших подробностей, нарисовала ей картину приснившейся казни. Нечего было даже думать о том, чтобы скрыть от сидящего напротив человека своё состояние; единственное, что она пыталась сделать – это сдержать рвущиеся наружу слёзы, которые душили её, стоило только вспомнить его полный отчаяния взгляд и сотрясающие тело предсмертные конвульсии.
Неожиданно её руки накрыли крепкие мужские ладони, словно согревая (Люси казалось, что в комнатке сегодня холоднее, чем было накануне) и успокаивая одновременно. Девушка замерла, наслаждаясь тем чувством уверенности, которое подарило ей такое простое прикосновение. А его голос, низкий, спокойный, чуть хрипловатый, помог, наконец, проглотить горький комок в горле и поднять на него глаза.
– Что с вами? – спросил Драгнил. – Вы такая бледная сегодня. Что-то случилось?
– Нет, всё нормально.
– Но я же вижу. На вас просто лица нет. Вы не заболели?
«Люси врушка! Люси трусишка!»
– Я здорова. Просто… очень плохо спала сегодня. Кошмар приснился, – кажется, она смогла даже улыбнуться, если эту гримасу можно было назвать улыбкой. – Нацу, – Люси впервые назвала его по имени и невольно засмущалась – настолько интимно это прозвучало. Но молодой человек никак не отреагировал на эту вольность с её стороны, и она уже спокойнее продолжила: – Расскажите мне о том, что произошло с Лис.
– Зачем вам это? – чуть нахмурился он. – Вы всё можете узнать сами из материалов уголовного дела.
– Я хочу услышать вашу версию.
Драгнил откинулся на спинку стула и сложил руки на груди, тем самым разорвав физический контакт. Люси с трудом подавила вздох сожаления: эти «объятия» странным образом поддерживали её, придавали сил, словно не он, а она сейчас нуждалась в посторонней помощи. Девушка убрала руки на колени и уже хотела повторить свою просьбу, когда заключённый кивнул, опёрся локтями о стол, чуть наклонившись вперёд, и сказал:
– Пообещайте, что вы не будете пытаться что-то исправить. Я уже смирился со своей участью. Пусть всё останется, как есть.
– Хорошо, – Люси не знала, насколько правдиво было её обещание, она просто хотела услышать рассказ Драгнила, о своих дальнейших действиях девушка пока не думала. Неизвестно, поверил ли ей её собеседник или нет, но он снова кивнул, словно принимая обещание, и начал говорить:
– В тот вечер я освободился пораньше и решил зайти за Лис в магазин, где она работала. В основном зале её не оказалось. Меня там уже хорошо знали, поэтому разрешили пройти в подсобное помещение. То, что я увидел там… Этот похотливый козёл, их управляющий, опять лез к ней под юбку. Я ударил его пару раз, давно руки чесались, только доказательств не было. Он лапал всех продавщиц, но девчонки молчали, а без их заявлений… Сами понимаете. А тут такой случай. В общем, вправил этому Казанове мозги, схватил Лис в охапку и домой. По дороге мы поругались, вернее, там мы только начали, закончили уже в квартире. Много тогда чего мы друг другу наговорили. Я хлопнул дверью и ушёл. Сначала по улице бродил, потом зашёл в кафе «Синий пегас», там Мира работает, сестра Лис. Просидел до закрытия, снял комнату в мотеле, утром прямо оттуда на работу. Несколько раз в течение дня звонил Лисанне, хотел извиниться, но она не брала трубку. Вечером сразу после работы поехал домой, а там… Вызвал полицию. Меня сразу арестовали и отвезли в участок. Допросы, отпечатки пальцев, анализ ДНК. Через три недели состоялся суд. Результат вы знаете.
– Почему так быстро? Разве не было других подозреваемых?
– Дверь была не взломана, Лис сама впустила убийцу. Возможно, она подумала, что это я вернулся, желая помириться. В доме не нашли чужих отпечатков, а соседи в своих свидетельских показаниях рассказали, что слышали, как мы ссорились в тот вечер. Кроме того, у меня была повреждена рука – результат «воспитательной» работы.
– Но ведь должны были быть свидетели этого происшествия в магазине, – нахмурилась девушка. Драгнил пожал плечами:
– В том-то и дело, что в подсобке были только мы трое. Лис уже ничего не могла подтвердить, а этот тип сказал, что просто упал.
– Неужели не было совсем никаких доказательств вашей невиновности?
Молодой человек невесело усмехнулся:
