Репрессированный ещё до зачатия полностью

– Арбуз – штука весёлая. Может статься и печальной. Занозистой… Утро… Наклоняешься сорвать красавей арбуз. А на нём сияет на первом солнышке корона из живой гюрзы. Греется. Озябла, вишь, за ночь…

– Байка! – не соглашаюсь я. – Да водятся ли у вас гюрзы?

– Кишмя кишат.

И Галинка призавяла.

– Нет, – морщится. – Не нужна мне такая арбузная диета. Я спокойней на рынке куплю.

Только до рынка дело не скатилось.

Командировка свела нас с местными селекционерами. И они надарили, натащили нам в гостиницу отменных арбузов на всю оставшуюся неделю. Нечаянно подзалетели мы на арбузную диету. Жили в астраханской гостинице «Волга» с видом на Волгу, ели только одни арбузы и не забывали про пляжные радости-загары.

И домой мы вернулись с пудовым арбузом.

Селекционеры на прощанье поднесли.

Вот и весь арбузный экспромт.

С наскоку ничего не делается.

Хоть и сорвалась нечаянная арбузная идея поработать в отпуск в поле, но в нас засела крепко.

Ну в самом деле…

Не знаю, кому как, зато мне, корнем из деревни, прожившему полжизни в ней, больше всего не по душе мой столичанский отпуск.

Не дают селянину роздыху если не поле или ферма, так своя подсобка. А тут вдруг выбежала навстречу чёртова прорва пустого времени!

Что делать?

Забот по дому никаких.

Раскатывать по югам не на что и не люблю.

Там больше загораешь в очередях, чем на пляже.

Такой отдых не по мне.

А не полезней ли поарбайтать на чистом воздухе?

В полюшке?

Хорошо бы в сам распал страды податься на уборку. Наверняка богато зачерпнёшь и свежих себе сил, и солнца, и здоровья. Не я ж один такой вумный, который знает, что лучший отдых – смена работы.

Задумано – сделано.

Разослал письма-предложения по объединениям.

Увы…

Кубанский плодопром даже не ответил.

Из Ставрополя посочувствовали: пригласить на уборку плодов и овощей не можем, так как в совхозы уже наслали народу с предприятий на всё летушко.

Заместитель начальника Донплодопрома В. Трофименко (Ростов-на-Дону), отказываясь от наших с женой услуг, под копирку поиронизировал:

«Условия у нас следующие: море отсутствует…»

Как-то не смешно.

Я ничего не вижу крамольного, если горожанин-отпускник поедет поработать в хозяйство, где плещется речка ли, озерцо ли, море ли. Искупаться утром, в обед или при заходе солнца кому не в радость? Кому во вред?

С объединений спустился я этажком ниже.

Навалился строчить районным властям тех мест, куда хотелось бы закатиться.

Тут коленкор совсем другой.

Деловые ответы летели быстро. В частности, Анапа посоветовала списаться с совхозами: «Витязево», «Кавказ», «Джемете».

«Джемете» написал:

«Если снимете частную квартиру, то на уборку приезжать можете. А свободным жильём совхоз не располагает».

Крылья у нас опали.

Кто не знает, каких капиталов стоит койка в курортном пригороде?

Устав от долгой безрезультатной писанины, в августе подались мы, как все, на юг. Проветриться да поджариться.

Не смогли вырваться из оглоблей моды.

Полсвета обскакали.

Мои милые Насакиралики…

Батум.

Сухум.

Сочи.

Туапсе.

Новороссийск.

Анапа.

Везде по капелюшке. Два-три дня. Не могу век киснуть на одном месте. Нудное и какое-то постыдное это вынужденное безделье, именуемое отдыхом.

А вокзалы, дороги, суета – бальзам на душу.

Всё вроде при деле.

Пожалуй, мы с женой навсегда распрощались бы с мыслью увеяться в отпуск на уборку, не привяжись к нам история в Анапе, в той самой Анапке-канапке, куда я писал.

Дотлевал дождливый август. Холодно. Ветер.

Купаться не сунешься.

Завтра на поезд.

А куда денешь сегодня?

Как неприкаянцы слонялись по улицам.

Вдруг натыкаемся у овощного ларька на очередь – святое спасение от скуки. Не спрашиваем за чем. Так стоять не будут!

Молча пристёгиваемся к хвосту.

Стоим час.

Стоим два.

Очередь очумело пухнет.

Люди завязывали знакомства. Ссорились. Мирились. Поблизости прогуливались. Одна парочка, по точным, авторитетным подсчётам очереди, трижды прогулялась до загса, но так и вернулась, по заключению экспертов всё той же ревнивой очереди, с чистыми паспортами.

Но с четвёртой прогулки парочка вернулась счастливая-счастливая. И, взявшись за руки, дурашливо пела:

– Что с вами случилось? – заволновалась очередь.

И парочка торжественно доложила дорогой очереди:

– Саукались! Подали заявку на законный брак! Дождались своего вольного виноградика!!!

От этой вести Галинка запечалилась.

– Ты что загоревала? – допытываюсь я. – Жалеешь, что не ты на месте невесты?

– На месте невесты я уже была… В медовый месяц многие пускаются в путешествия… А мы никуда и не ездили.