Тут как раз подбежал запыхавшийся Зенчи, и мужики вдвоём без труда выволокли пузатый тюк.
Отстранив их, девушка, присев на корточки, принялась развязывать мудрёный узел, поинтересовавшись:
— Как выглядит ваше лекарство?
— Шкатулка из вишни, — почти простонал юноша. — Она там сверху.
Распутав верёвку, Платина сразу увидела поблёскивавший лаком ящичек размером с коробку из-под смартфона. Нажав на серебряную кнопочку, откинула крышку, обнаружив горсть коричнево-зеленоватых горошин.
Отнесла ларчик к больному. Кивком поблагодарив, тот быстро сунул в рот пилюлю и прикрыл глаза.
Ия как-то раз уже становилась свидетельницей сердечного приступа и хорошо запомнила действия врача, случайно оказавшегося в компании отдыхающих на диком пляже на Азовском море.
Поначалу она хотела сама помочь симпатичному юноше, но вовремя сообразила, что, с точки зрения аборигенов, это будет смотреться крайне предосудительно. Поэтому не терпящим возражения тоном приказала слугам распрямить ноги господину и, усадив его на землю, положить под спину седельную сумку.
«Скорую бы вызвать, — с грустью подумала девушка. — Укольчик бы сделать, кардиограмму снять и в стационар. Вот только нет здесь ничего. До города бы довезти. Жалко, если умрёт таким молодым».
Но, похоже, снадобье начало действовать. Дыхание юноши выровнялось, кожа уже не казалась такой бледной, болезненные морщинки разгладились.
«Они что, здесь уже и нитроглицерин изобрели? — удивилась пришелица из иного мира, радуясь, что симпатичный незнакомец приходит в себя. — Может, ещё и оклемается? Хорошо бы».
Послышались приближавшиеся голоса, треск сухих веток под тяжёлыми шагами. Из зарослей на дорогу вышли Накадзимо с приятелями.
На секунду задержавшись у тела с разрубленной грудью, он одобрительно хмыкнул:
— Хороший удар, господин Сенто. Но мерзавец едва не достал вас.
— Пыль в глаза — подлый приём, господин Накадзимо, — всё ещё моргая, досадливо поморщился тот и усмехнулся, глядя на поднимавшуюся им навстречу спутницу. — Если бы не госпожа Харуко, может, это я бы тут валялся вместо него.
— Вот как? — удивился предводитель, глядя на скромно потупившую глазки Платину, но тут же согласно кивнул. — Ах да, он тогда замешкался.
— Госпожа удачно бросила в него камень, — пояснил Сенто и, остановившись, отвесил почтительный поклон приятелю. — Господин Таниго, ваша сестра спасла мою жизнь.
«Вообще-то это мне надо спасибо говорить», — с раздражением подумала Ия, обиженно сжав губы в куриную гузку.
— Мы уже имели возможность убедиться в смелости моей сестры, — отвесил ответный поклон дворянин. — Теперь госпожа Харуко ещё раз подтвердила, что она достойная дочь семьи Таниго.
Только обменявшись любезностями с лжебратом, Сенто обратился к девушке:
— Благодарю вас, госпожа Харуко. Я никогда не забуду, что обязан вам жизнью.
— Вы преувеличиваете, господин Сенто, — как и положено благовоспитанной даме из благородной семьи, проговорила Платина, смущённо потупив взор. — Это Вечное небо направило камень в спину разбойника.
— Но бросили-то его вы, — рассмеялся Накадзимо и, теряя к ней интерес, посмотрел на собиравшегося встать молодого человека.
— Посидите ещё немного, господин! — встрепенулась приёмная дочь бывшего начальника уезда. — Вам надо отдохнуть.
И в ответ на вопросительный взгляд предводителя торопливо разъяснила:
— У господина больное сердце. Он только что принял лекарство, и оно ещё толком не подействовало.
— Вот как? — удивился главарь «чёрных археологов». — Тогда сидите пожалуйста, господин. Пусть вас осмотрит мой человек. Он не лекарь, но кое-что понимает.
— Не так много, как бы хотелось, господин, — словно бы извинился Кен, опускаясь на корточки перед юношей и осторожно беря его за запястье.
Примерно с минуту он молчал, с отсутствующим видом сведя брови к переносице. Поднявшись, коротко поклонился и доложил:
— У господина действительно больное сердце, но мне кажется, пульс уже нормализуется, и он может встать.
После таких слов пришелица из иного мира недовольно насупилась, ибо, по её мнению, больной сердечным приступом должен полежать подольше, но предводитель уже приказал:
— Помогите господину.
Игнорируя слабые протесты, слуги подхватили молодого человека под мышки, подняли и отступили в стороны.
Вопреки опасениям Ии тот уже крепко стоял на ногах, а на щеках даже появилось что-то похожее на румянец.
Выпрямившись, он прижал ладони к животу, видимо, намереваясь отвесить своим спасителям церемонный поклон.
Но вдруг глаза его расширились, делая честь любому из персонажей анимэ, и крикнув:
— Берегитесь! — юноша бросился к девушке, врезавшись в неё плечом.
Не ожидавшая ничего подобного, Платина упала, но успела сгруппироваться, с ужасом заметив, как в грудь пытавшегося развернуться молодого человека попадает стрела, и он летит в овраг, исчезая из вида.
Над лесом зазвенел женский крик, полный боли и разочарования:
— Гадина!!!
Уже лёжа на земле, Ия видит, как из зарослей вылетает ещё одна стрела.
