— Вашего слугу, господин Асано, мы завезём в какой-нибудь храм, — предложил Накадзимо. — И попросим добрых монахов позаботиться о нём.
— Благодарю вас, — склонил голову молодой человек, попросив: — Не могли бы вы подать мои вещи?
— Конечно, — кивнул собеседник и не без усилия поднял два связанных между собой мешка.
— Госпожа, — тихонько проговорил Таниго, подходя к девушке. — Если мы ещё двух человек в повозку погрузим, ослу тяжело будет. Он и так её еле тащит. Это всё-таки не мул.
— Понимаю, благородный брат, — также негромко сказала Платина. — Я дальше пойду пешком.
— Если хотите, — усмехнулся он. — Могу посадить вас к себе.
— Спасибо, господин Таниго, — покачала головой Ия. — Не нужно.
Тут юноша достал из мешка шёлковый, расшитый яркими узорами мешочек, извлёк из него многократно сложенную бумагу и протянул главарю «чёрных археологов».
— Прошу вас, господин Накадзимо, принять от меня небольшой подарок.
— Что вы, господин Асано, — принялся, как и положено, отнекиваться тот, разворачивая небольшой, исписанный листок с ярко-красной печатью. — Сто муни! Да мы не сделали ничего достойного столь щедрой награды!
— Вы спасли мою жизнь, господин Накадзимо, — вкрадчиво напомнил молодой человек.
— Мы лишь исполняли свой долг, господин Асано, — продолжил ритуально отнекиваться собеседник. — Защищать подданных Сына неба от разбойников и грабителей — долг каждого дворянина.
— Тем не менее именно вам я обязан своим спасением, — настаивал юноша. — Прошу вас, господин Накадзимо, не ставьте меня в неудобное положение.
Он усмехнулся.
— Возьмите эти деньги и купите сильного мула, чтобы госпоже Харуко не пришлось и дальше идти пешком.
— Ну, если так, — рассмеялся довольный предводитель. — То я не могу отказаться. Завтра же сходим на рынок и купим самого лучшего мула!
— Я так вам благодарна, господин Асано, — воспользовавшись короткой паузой, вступила в разговор девушка. — Что готова пешком идти до Кафусё. Вы же спасли меня и сильно пострадали.
— Не думайте об этом, госпожа Харуко, — молодой человек встретился с ней взглядом, и сердце беглой преступницы предательски ёкнуло. Она словно тонула в этих прекрасных, голубых очах, так непохожих на бесстыжие гляделки Хваро. — Я сам виноват в том, что не сумел увернуться и угодил в овраг.
Платина смущённо потупилась, успев заметить, как главарь «чёрных археологов» недовольно зыркнул на её лжебрата.
— Прошу прощения, господин Асано, — проговорил тот после короткого замешательства. — Я поступил очень невежливо, забыв поблагодарить вас за спасение сестры.
— Что вы, господин Таниго! — бурно запротестовал юноша, махнув рукой и тут же скривившись от боли. — Это такой пустяк.
Неизвестно, сколько они ещё бы так любезничали, но тут из зарослей показались слуги. Кен держал в руках широкий тесак, принадлежавший одному из разбойников, и ошкуренную палку с рогулькой на конце. На плече Зенчи висел лук с натянутой тетивой, а в руках он, словно охапку хвороста, нёс несколько клинков, аккуратно вывалив их на землю у ног предводителя.
— Вот всё, что у них было, господа.
Дворяне опустились на корточки, разглядывая трофеи. Ия подошла сзади и заглянула через их спины.
— И ещё вот это, — слуга достал из-за пазухи три тощих, шёлковых кошелька.
— Бедный нынче разбойник пошёл, — усмехнулся Накадзимо, вытряхнув на ладонь пару серебряных и кучку медных монет.
— Поэтому они и напали на господина Асано, — сделал вывод Сенто. — У них денег нет.
Кен помог пострадавшему подняться и сунул ему под мышку подготовленную палку, так чтобы он мог опираться на неё, словно на костыль.
— Мечи у них тоже так себе, — хмыкнул Таниго.
— Всё равно надо продать, — решил главарь. — Только этим стоит заняться кому-то из нас, дворян. Меньше вопросов будет.
Соратники понимающе закивали.
— Лук тоже продадите? — спросила девушка, привлекая к себе внимание.
— Да, — подтвердил Накадзимо, спросив с лёгкой усмешкой: — А он вам нужен?
— Разве брат не говорил, что я хорошо стреляю? — в местной манере вопросом на вопрос ответила Платина.
Все взгляды устремились на Таниго. Нимало не смущаясь, тот небрежно пожал плечами.
— Я как-то и сам об этом забыл, сестра.
Подняв лук, главарь «чёрных археологов» небрежно повертел его в руках.
— Он слишком тугой для вас, госпожа.
— Позвольте попробовать, господин Накадзимо? — попросила Ия, весьма задетая подобным пренебрежением и хорошо помня, что, судя по крику из зарослей, этим оружием пользовалась именно женщина.
Наложив стрелу на тетиву, приёмная дочь бывшего начальника уезда сразу почувствовала сопротивление роговых накладок и многослойной клеёной древесины. Но отступать не хотелось категорически. Напрягая мышцы рук и спины, она тянула шёлковую нить, чувствуя, как та больно впивается в кожу.
«Без кольца все пальцы себе изрежешь, дура», — мысленно обругала себя девушка, отводя локоть назад.
Коротко свистнув, стрела мелькнула в воздухе, пришпилив к дереву сорванный в полёте лист.
