Очнувшись, хозяйка отпустила её, отступила на шаг и почти бегом бросилась в дом, чтобы в одиночестве насладиться своей первой, маленькой победой.
Всё-таки «первый блин» не оказался комом. Расчёт на любовь аборигенов к азартным играм полностью оправдался. Не все здешние родители столь же высоконравственны и добродетельны, как бывший заместитель начальника Гайхэго. Конечно, много на такой вот настольной игре не заработаешь. Времени на неё уходит много, а цена копеечная, и вряд ли её стоит сильно повышать.
Уж слишком тут всё просто. Поскольку понятие об «интеллектуальной собственности» здесь отсутствует полностью, хозяину лавки выгоднее найти другого, более сговорчивого поставщика. Значит, пока ажиотаж не прошёл, надо нарисовать ещё одну партию и сосредоточиться на «пятнашках». Там «целевая аудитория» гораздо многочисленнее, следовательно, и потенциальный заработок больше.
Вновь появилась мысль сбегать в книжную лавку и сразу же закупиться бумагой, но девушка удержалась, рассудив, что лучше сходит завтра с утра, чтобы заодно приобрети ещё и циновки.
Поэтому она весь день посвятила переписыванию размышлений отшельника с горы Ганьшань, лишь изредка делая короткие перерывы, чтобы дать отдохнуть глазам.
Имея дурную привычку по возможности не оставлять на завтра недоделанных дел, Платина и после ужина вернулась за стол, чтобы поскорее закончить главу, старательно выводя буквы при тусклом свете фонаря.
Оставалась пара строк, когда с заднего двора донёсся крик служанки:
— Госпожа! Госпожа!
— Чего тебе? — громко отозвалась хозяйка, макнув кисточку в тушь.
— Выйдите, госпожа! — продолжала взволнованно звать Ишиша. — Я не знаю, что делать? Вам самой надо посмотреть.
— Да подожди! — уже начиная злиться, огрызнулась Ия.
— Не могу! — чуть не плача кричала собеседница. — Идите скорее!
— Вот же-ж! — выругавшись по-русски одними губами, пришелица из иного мира положила кисточку и устремилась к выходу с твёрдым намерением отругать надоедливую простолюдинку, если та побеспокоила её из-за какой-нибудь ерунды.
Едва девушка, распахнув дверь, вышла на веранду, как тут же кто-то плотно зажал ей шею локтевым захватом, перекрывая горло и не давая вздохнуть, а перед глазами заплясало лезвие кинжала.
— Только пикни и враз окривеешь! — обдало ухо и шею смрадное дыхание.
Ошарашенная Платина скосила взор в сторону внутреннего двора. Невысокий, тощий, весь какой-то плюгавый мужичонка в лохмотьях и с закрытой тряпкой нижней половиной лица прижимал к стене побледневшую от страха Ишишу, держа у её горла широкое лезвие кривого ножа.
Встретившись взглядом с хозяйкой, служанка тихонько заскулила:
— Простите, госпожа.
— Заткнись! — зашипел налётчик, ударив пожилую женщину по лицу.
Ия почувствовала, как резко ослабели колени, а душу затопила мутная волна ужаса.
Видимо, ощутив её страх, неизвестный довольно гоготнул.
— Не дёргайся, шлюха, сделаешь всё как надо, может, ещё и поживёшь.
Странно, но именно прозвучавшее в его голосе наглое самодовольство помогло девушке немного прийти в себя. Пытаясь хоть что-то сказать, она открыла рот, беспомощно захрипев:
Прижимавший её к себе мужчина чуть ослабил захват.
— Чего тебе надо? — выдохнула Платина.
— Всё, что у тебя есть! — торжествующе хохотнул бандит, поигрывая кинжалом. — Деньги, серебро и золото.
По телу Ии пробежала крупная дрожь.
— Чем быстрее всё отдашь, тем быстрее мы уйдём, — налётчик явно наслаждался беспомощностью жертвы.
Вот только ощутив поясницей его возбуждение, девушка поняла, что одним ограблением дело точно не ограничится.
— Только не ври нам, шлюха, — продолжал глумиться мужчина. — Мы точно знаем, что братик оставил своей маленькой сестричке и серебро, и золото.
«Откуда им известно о золоте? — мысленно охнула беглая преступница и тут же догадалась: — От ювелира! Наверное, от того, к кому я зашла в первый раз».
— Ну!? — рыкнул начавший терять терпение бандит. — Отвечай!
— Оставил, — пролепетала Платина. — Только здесь ничего нет.
— Как это здесь нет? — рывком развернув Ию к себе, налётчик ткнул её спиной в стену и скомкал рукой ворот платья. — А где?
— В доме господина Асано! — выпалила девушка, торопливо пояснив: — Как раз сегодня всё туда отнесла.
— Врёшь, дрянь! — рявкнув, грабитель отвесил ей звонкую пощёчину.
Голова жертвы мотнулась в сторону, перед глазами всё поплыло, в ушах зазвенели колокола. Но даже сквозь их торжественный гул она отчётливо расслышала дребезжащий, как у козла, голос плюгавого мужичонки, отдававшего распоряжение своему гораздо более рослому и крепко сложенному напарнику:
— Прирежь её и обыщи там всё!
Служанка тихо заскулила, как побитый щенок, а её хозяйка громко возопила:
— Не надо! Пожалуйста, не надо! Я отдам, я всё отдам!
— Так ты обманывала нас, лживая тварь! — ещё один удар по лицу бросил приёмную дочь бывшего начальника уезда на пол.
Злобно рыча, бандит вцепился в волосы своей жертвы и поволок её в комнату, захлопнув за собой дверь.
От резкого движения воздуха язычок пламени масляного светильника на столе затрепетал, едва не погаснув.
