Леннокс, лицо которого покрывают горизонтальные порезы, ковыляет к "БМВ". Каждый шаг на пронизывающем холоде отдается мучительным ударом кинжала в его копчике, а бедра сводит судорогой при каждом резком, неуверенном движении. Рана на ноге зудит. Пересаженная кожа на бедре яростно пульсирует, когда холодный воздух обжигает ее, как паяльной лампой. Кажется, что она вот-вот оторвется от раны, которую прикрывает.
В машине он снова включает телефон, и сообщения яростно сыплются на него, как пьяные фанаты, которые толкаются, чтобы попасть в бар на матче. Почти все голосовые сообщения от Стюарта, и по одному от Кардингуорта и Кармел.
Кардингуорт:
– Ты кто, блин, такой? Твой кореш на меня напал и изуродовал, может, по твоей наводке! Че ты хочешь, хренов психопат?
Кармел:
– Не понимаю, что с тобой, блин, происходит, Рэй. Если ты так решил все оставить, я согласна.
Он смотрит на Джорджа, который, усадив его на пассажирское сиденье, сам отвечает на звонок. Его встревоженное лицо говорит само за себя. Наконец, его напарник садится за руль и заводит "БМВ".
– Час подходил к концу, а от тебя ничего не было слышно, поэтому я вышел из машины и пошел на завод. Услышал безумный шум, доносившийся оттуда, как будто там ад кромешный разразился. Наружу выбежал охранник, весь пересравшийся, рожа разбита. Сказал, что только на той неделе вышел на работу и ему недостаточно платят за такую фигню.
Леннокс думает о незадачливом охраннике, который явно был не в курсе.
– Я зашел внутрь, увидел, как кто-то убегает, ну, вроде как бегом прихрамывает, а потом ты там лежишь, весь разбитый, среди обломков металлической лестницы, – Джордж поправляет боковое зеркало, выезжая с парковки. – Я ведь и правда подумал... Ну, ладно… Когда я увидел, что ты все еще с нами, то посадил тебя в машину и отвез прямо сюда.
– Полицию не вызвал. На тебя не похоже, – обвиняющим тоном говорит Леннокс. Нет, это было ни к чему.
Джордж поднимает руку.
– А надо, блин, было вызвать! И ты бы сейчас в чертовой тюрьме сидел! Не самое лучшее место для бывшего копа, Рэй.
Ярость Джорджа обезоруживает Леннокса. За все годы дружбы они и слова резкого не сказали друг другу.
Снова не доверяя собственным суждениям, Леннокс решает подождать некоторое время и не перезванивать Кармел и убирает телефон в карман. Смотрит на оживленные улицы, полные прохожих, спешащих сделать рождественские покупки.
Очевидно, что Джорджа так же раздражает этот напряженный, молчаливый разлад между ними. Внезапно съехав на обочину, он осторожно обнимает Леннокса за плечи и окидывает его внимательным взглядом. Леннокса это нервирует: ни один из них не склонен к тактильным контактам с представителями своего пола.
– Пора бы тебе остановиться со всей этой фигней. У нас же бизнес, Рэй. Ты не забыл?
– Твоя правда, – соглашается Леннокс. – Давно пора.
– Нехорошие дела тут творятся. Ты что-то нащупал, – продолжает Джордж спокойно. – Только дурак будет это отрицать после того нападения с кислотой, а теперь еще и это. Но ты подобрался не так близко, как они думают. У тебя есть только косвенные улики и предположения. Так что, либо сбавь обороты и обратись к копам, либо позволь мне помочь. Я могу кое-то разузнать.
В ответ Ленноксу удается только прохрипеть:
– Спасибо, ценю.
– Я устрою неофициальную встречу с Тони Робсоном. Неплохой парень... для полицейского, – смеется Джордж, в шутку отдавая честь. – Думаю, вы с ним уже знакомы.
Откинувшись на спинку мягкого сиденья "БМВ", Леннокс пытается примириться с новым состоянием, полным страданий. Боль по-прежнему сильная, но, по крайней мере, теперь она стала стабильной, без вспышек. Он со страхом думает о том, как будет выходить из машины, осознавая, что ужасная боль в основании позвоночника проявится с удвоенной силой. Прослушивает голосовые сообщения. Из тех, которые прислал Стюарт, сразу становится ясно, что
– Есть новости! Я звонил в офис, но Эль Мондо как раз вышел. Долго болтали с красоткой Риа. Отпадная телка, Рэйми! Готов поспорить, это ты ее брал на работу... Ах ты кобелина!
Леннокс чувствует, как кровь застывает в жилах, когда в нем вдруг возникает глубокое, необъяснимое отвращение к брату.
– Я только что решил, что безумно влюблен в твою секретаршу, или сотрудницу приемной, или административную ассистентку... или как там вы называете прелестную Риа в своем патриархальном проекте бывших копов по защите пенсионеров…
–... И я с ней назначу свидание, и ты, блин, не сможешь мне помешать!
