— Ну что, не передумала, ко мне? — улыбнулся Слава.
— Ты уверен?
— На все «сто»! — весело отозвался парень.
На улице пошёл дождь, и в этот раз они шли под зонтом, который нёс Слава и судя по виду, чувствовал себя настоящим рыцарем. Нога снова неприятно ныла, скорее всего от погоды, и никакого настроения не было. Смотреть на счастливого парня и обманывать его было неприятно. Нужно было скорее со всем этим заканчивать.
— Сюда. — сказала Слава, и они свернули к кирпичной пятиэтажке.
Чистая парадная, всё вымыто до блеска, на стенах абстрактные узоры. Непонятно кто это рисовал, но красные и зелёные завитушки смотрелись гармонично с серыми стенами. Они поднялись на второй этаж, и парень позвонил в звонок.
— Да-да, иду! — раздался старческий голос из-за двери.
Замок щёлкнул, и на пороге их встретила седовласая старушка. На ней был новенький синий халат и очки на носу. Лицо совершенно обычное для людей такого возраста — морщинистое, доброе, в нём можно было уловить семейное сходство с её одноклассником.
— Бабушка, знакомься. — начал Слава. — Это Женя Соколова, моя девушка. Женя, знакомься — это Антонина Павловна, моя бабушка.
Бабушка задержала взгляд на палочке, которую держал её внук. Улыбка с её губ не пропала, но уж очень выразительно она посмотрела на неё, и спросила заботливо:
— Ой-ой, ножку подвернула?!
— С рождения так, я уже привыкла, почти не замечаю. — улыбнулась Женя. — Приятно с вами познакомиться.
Бабуля кивнула, ничего не ответив и освобождая проход. Они вошли в квартиру, разулись и аккуратно сложили обувь.
Внутри это оказалась обычная, очень ухоженная, трёхкомнатная квартира. На полу паркет, стены в коридоре были обклеены уютными коричневыми обоями с рисунком дубовых листочков.
— Сюда Славик, уже почти готово, проходите усаживайтесь! — раздалось с кухни.
Судя по голосу, это была мама. Когда они вошли, то их встретила полноватая женщина в возрасте, со светлой причёской каре. Ей было лет пятьдесят, похоже, она поздно родила сына. Одежда простая, но выглаженная и чистая — домашние штаны и футболка, всё немного большего размера чем нужно, видимо, чтобы скрывать полноту.
— Мама, знакомься — это моя девушка, Женя Соколова! — выдал Слава, когда мать повернулась к вошедшим. — Женя, это моя мама, Нина Павловна.
— Очень приятно. — улыбнулась девушка.
— Мне тоже приятно, Женечка. — улыбнулась Нина Павловна, посмотрела на сына: — Славка, отпусти девушку, что ты за неё схватился?
— Сейчас сядет и отпущу. — ответил сын, и проводил Женю до стола.
Небольшой уголок находился в конце кухни, где стоял уже накрытый столик. Тут лежали печенья, пустые чашечки для чая, салфетки и коробка пирожных. Женя осторожно села, сложила руки на коленки. Рядом устроился одноклассник, а мама в это время поставила чайник с горячей водой на стол. Тут же подтянулась бабушка, положив чайничек поменьше, с заваркой.
Сама кухня была простенькой, всё лежало на своих местах, везде чисто и убрано. Евгении самой нравилось поддерживать порядок, особенно там, где она жила. Так было и в прошлой жизни, и в этой. Поэтому она поставила мысленный плюс этой семье.
— Ну рассказывай, Женечка… — начала мама.
Они мило общались, родственники интересовались всем — учёбой, их совместными прогулками. Один раз Нина Павловна попыталась узнать про драку, в которой её сыну поставили несколько синяков, но Слава быстро свернул этот разговор.
Потом речь зашла о родовой травме, женщины «охали» и «ахали», жалели бедную девочку, удивлялись тому, что это нельзя никак «поправить». Наступал уже вечер, когда их со Славой оставили наедине.
— Всё нормально? — спросил парень, беря её за руку.
— Да, спасибо, у тебя очень хорошая мама и бабушка. — кивнула Женя.
— Славик, подойди сюда! — позвала мама откуда-то из комнаты.
— Сейчас, посиди, я потом провожу тебя! — быстро сказал Слава, и вышел из-за стола.
Жене захотелось в туалет, и она, осторожно выйдя, пошла в коридор. Двери во все комнаты были закрыты, но отсюда было хорошо слышно разговор. В основном шипела мать, ей поддакивала бабушка.
— А ты видел, что у неё с ногой ты видел?! — негодовала родительница. — Таких же уродов тебе нарожает, а?!
— Конечно, наглая какая. — важно поддержала бабушка. — Молодой парень, здоровый и сильный, с квартирой, а эта пиявка решила присосаться!
— Мам, ба, хватит, у неё своя квартира! — возмущался Слава, но его тут же перебивала мать:
— Ага, своя, как же! Небось тётушка ей пожить дала, а потом заберёт, она тогда нам под дверь в подоле принесёт! А тётка у неё — святой человек, не бросила уродку эту, а она хоть бы что хорошего сказала про неё!
— Было у вас уже что-то с ней, и не ври мне! — негодовала бабушка. — Надо сразу тогда на аборт вести, у мамы врач есть знакомый, всё дёшево сделает, есть у этой простипомы твоей деньги?!
— А ты уверен, что ты один у неё? — заискивающе продолжала Нина Петровна. — Скольких она ещё охаживает, а?
