– Мне было так стыдно. Даже дети делятся едой, а я, взрослый, о чем думал? Раз война – это ад, а люди – демоны, что плохого в том, что и я тоже стану одним из них? Этим я оправдывался, собираясь причинить вред живым людям. А ведь можно не становиться демоном, даже если со всех сторон ад.
Слушая историю Кривого, Чу Бидан опустошил целую миску риса.
– А тебе повезло. Раз у тебя осталось имущество, чтобы открыть магазин зерна по возвращении из эвакуации. Я-то потерял все вместе с сыном.
– Нет. Я сбежал из Хамхына и поселился здесь.
Ответ Кривого не на шутку удивил Чу Бидана. Человеку, бежавшему с Севера, нелегко добиться успеха в Сеуле, да еще и такого, чтобы открыть магазин зерна. Надзор государства был строгим, люди все так же сторонились чужаков, а главное – не было никакой поддержки. Вот что значило покинуть родину.
– Удивительно. И что за трюк ты проделал?
– Да какой трюк? Как вы и сказали, мне повезло. Этот магазин принадлежит моему тестю. А с женой я встретился, когда бежал. У нее было слабое здоровье. Люди толкнули ее, и она поранилась, а я помог, это нас и связало.
– А тесть не возражал? Против свадьбы.
– Он был серьезно ранен во время войны и был очень болен. Сказал, главное, чтобы у дочери был близкий человек, кто угодно. Он был мягким. Слышал, что изначально он служил учителем. А еще мне говорили, что открыть этот магазин после войны тестю помог его знакомый. Он не был торговцем раньше, поэтому вести бизнес было трудно, и он обрадовался, когда я пришел.
Чу Бидан тихонько рыгнул. Ощущение в животе было неприятным, возможно, потому что он ел в спешке. Всякий раз, когда он сталкивался с Кривым, ему казалось, что черное нечто, извивающееся у него в животе, вот-вот выпрыгнет наружу.
– И правда, тебе повезло. А что насчет жены? Я ж думал, ты одинок.
При этом вопросе Кривой опустил голову:
– Она покинула этот мир через год после кончины тестя.
Чу Бидан похлопал Кривого по плечу. Но, несмотря на нежное прикосновение, между его бровями пролегла небольшая морщинка. И все время, пока он шел домой, покинув магазин зерна, она становилась глубже.
«Да он же коммуняка. Не он ли вообще угробил своих тестя и жену?»
Подозрение, что все могло быть и так, уже переросло в уверенность, когда он открывал дверь домой. Черное нечто, извивающееся в животе, превратившись в гнев, поглотило Чу Бидана.
«В таком случае разве это не Кривой украл чужую жизнь?»
В маленькой комнате Чу Бидан свернулся калачиком на полу. Ему пришлось лечь пораньше, чтобы не расплескать чувство сытости, которое он ощущал впервые за долгое время. Однако чем больше он пытался заснуть, тем яснее становился его разум от мыслей о том, как ему отвратителен Кривой.
«Коммуняка набил себе пузо, обманным путем захватив чужое имущество. Как же это несправедливо. А я до сих пор ни у кого ничего не отнимал. Но вынужден жить так лишь потому, что я старик!»
В таком случае нужно украсть жизнь этого подлеца ради справедливости в обществе. Гнев Чу Бидана сменил направление. Вкус сочной говядины, который, пусть и недолго, наполнял его рот, вернулся. Если он еще раз пойдет в этот странный ресторан, сможет получить удовольствие, которое превзойдет его.
«Но вот контракт с демоном мне не нравится. Ведь и в старых сказках все договоры с токкэби[39] всегда плохо заканчивались, не так ли?»
Он ворочался, размышлял, неоднократно проваливался в сон и просыпался, пока не наступил рассвет. Когда Чу Бидан вышел из дома и направился в Чонно, ему пришла в голову странная идея.
«Если Локи лично не приготовит блюдо, то это не будет сделкой с демоном. Так что первым делом попробую приготовить еду сам в этом ресторане. Локи ведь тоже говорил, что ресторан живой. Что в нем самом кроется сила. А если ничего не произойдет, тогда я могу вернуться в ресторан и предложить заключить официальную сделку».
Его шаги стали немного легче в прохладном утреннем воздухе весны. Чу Бидан подошел к ресторану Copycat и заглянул из-за двери внутрь. Там было темно, и никого не было. Он осторожно открыл дверь, вошел в ресторан и направился прямо на кухню. Его руки дрожали – нужно успеть закончить дело до появления Локи. Чу Бидан обыскал кухню, нашел рисовую смесь и картофель, налил воды в кастрюлю и поставил ее на огонь. Времени на чистку картошки или что-то подобное не было. Он просто сунул ее в кастрюлю и сварил. Его ноги дрожали, пока он ждал закипания воды, а как только поднялся пар, тут же выключил огонь. Даже не успев найти ложку, он начал есть рис прямо с лопатки. Картофель оказался недоваренным, а зерна настолько сырыми, что невозможно было определить, каша это или вареный рис. Вкус не имел никакого значения. Когда он съел первую ложку, обжигая весь рот, из-под книжного стеллажа в центре ресторана полился яркий свет. Помещение, которое только что было темным, вдруг посветлело. Чу Бидан в спешке выбежал оттуда. И только после этого понял, что забрал с собой и лопатку.
«Что такое? Ничего ведь не произошло».
