Войдя в свою квартиру, Мишель бессильно опустился в кресло и уставился в пол. Он понял, что даже не может радоваться освобождению. Последний месяц самым любимым его занятием было думать о Флер, представлять себе, как она узнает, что он ее отец. Но теперь, после той безобразной сцены, которую он устроил Мари в Португалии, после тюрьмы, — как он посмеет появиться перед дочерью? Это совершенно невозможно! Мишель застонал и поднял глаза к потолку: «Господи, за что ты наказываешь меня так жестоко?» — воззвал он, но ответа, как и следовало ожидать, не услышал.
Он встал и подошел к бару, ему захотелось напиться. Открыв дверцу, сразу увидел бутылку божоле, приготовленную для встречи с Анджеем. Сегодня же семнадцатое число, вспомнил он. Мишель взглянул на календарь — точно, в квадратике с числом «17» нарисована ухмыляющаяся рожица и обозначено время их встречи: семь вечера. Он взглянул на часы: они договорились встретиться на Ришеран, еще можно успеть. Если он останется дома, то, наверное, сойдет с ума.
Мишель быстро переоделся: поверх белой футболки он надел кожаный жилет и повязал на шею пестрый платок — по этим приметам мальчишка должен узнать его — и выбежал из дома.
Интернет кафе находилось неподалеку от того места, где канал Сен-Мартен уходит под землю. Набережная Сен-Мартен была в этот час немноголюдна — большинство жителей окрестных домов покинули город на лето, туристы для прогулок предпочитают известные парки и бульвары, а здешние кварталы, несмотря на густую зелень по берегам канала, не считаются парадной частью города. Посетителей в кафе было тоже немного: трое мальчишек лет десяти самозабвенно лупили по клавишам, осваивая какую-то новую игру, а в углу у экрана огромного плоского монитора рассеянно листала журнал тоненькая рыжеволосая девушка.
Анджей опаздывал. Он уверял, что бывал в Париже, и знает, как добраться до Сен-Мартен от вокзала Дю Норд, но наверняка заблудился. Мишель сел за свободный терминал у окна и подключился к сети. Через несколько секунд на его экране появилось сообщение: «Канал Сен-Мартен выглядит так, словно в ванну до краев налили воду. А когда шел дождь, вода полилась через край».
«Анджей, где ты?» — быстро набрал Мишель.
«А ты выглядишь моложе, чем можно было подумать».
«Где ты прячешься?»
«В углу».
Мишель посмотрел в угол зала, и девушка за монитором дружелюбно и немного насмешливо улыбнулась ему.
«В каком углу?»
«До сих пор у меня было лучшее мнение о твоих умственных способностях. Ты же только что смотрел на меня».
Он не успел убрать с лица растерянно-сердитое выражение, как девушка уже поднялась со своего стула и направилась к нему.
— Привет! Меня зовут Агнешка, — сказала она на отличном французском. — Понимаешь, хакеры как-то странно реагируют на особ женского пола. Когда я лет в семь первый раз побеседовала с ними под своим настоящим именем, то ко мне то и дело начали обращаться с разными предложениями… Я узнала много непонятных слов и спросила у своей тетки, что они значат, а она сразу посоветовала мне говорить всем, что я мальчик. А потом меня ужасно забавляло: взрослый мужчина, к тому же психолог, не может догадаться, что я девушка. Еще вчера мне так хотелось попробовать твой божоле… Но, видишь ли, я успела прочитать сегодняшние газеты, там столько пишут о хакерах… Я насчитала с десяток предположений, почему отпустили одного из них, обокравшего банк. А что думаешь по этому поводу ты?
Но Мишель Керит, он же Майкл Кертис, от изумления не мог вымолвить ни слова.
У Рене Десанжа было отличное настроение — завтра у него начинался отпуск. Последний раз такое случилось два гола назад, когда Десанжу удалось найти угнанную машину своего начальника. На этот раз инспектор связывал с предстоящим отпуском вполне определенные надежды, и теперь, насвистывая что-то бравурное, он шел по коридору с бутылкой отличного коньяка в «дипломате».
Он сразу же заметил, что его сотрудники прячут улыбки, но решил не задавать никаких вопросов — сами все расскажут — и начал молча откупоривать коньяк.
Его расчет, конечно же, оказался верным — первым не выдержал Франсуа:
— Рене, пока тебя не было, несколько раз звонила женщина, — с таинственным видом сообщил он. — По-моему, она была чем-то очень взволнована…
— Да? — Десанж невозмутимо стал разливать коньяк по бокалам.
— Она спрашивала тебя…
— И что же? — Рене уселся в кресло и поднес бокал к губам.
— Она очень интересовалась, где ты собираешься провести отпуск…
— Что? — вся невозмутимость инспектора вдруг куда-то исчезла, и он бросился набирать телефонный номер.
«Она не должна была догадаться об этом раньше времени, — думал Рене, слушая в трубке длинные гудки. — Но она догадалась… А я-то, наивный, представлял себе, как она удивится, когда увидит, что я вхожу в ее каюту…» В трубке щелкнуло.
— Мари? Ты искала меня?
На другом конце провода счастливый женский голос произнес:
