Таким разборчивым однолюбкам, как она, везет раз, ну, может, два раза в жизни, а она, вместо того чтобы удержать его — ведь видно же было, что он ищет предлог остаться, — напустила на себя холодность, и ему просто ничего не оставалось, как уйти. Вот дура! Первого потеряла по наивности, второго — по привычке к одиночеству, из страха поддаться чувству и снова быть брошенной. Какой-то замкнутый круг. Видно, одиночество ей на роду написано.
Проведя полдня в подобных грустных размышлениях, Мари взялась за дела, но так и не смогла избавиться от навалившейся на нее рассеянности. На столе перед ней почему-то опять лежала книга, видимо по ошибке присланная на ее адрес уже месяца три назад. Обратного адреса на посылке не было, и Мари просто отложила посылку, надеясь, что ошибка разъяснится, но распечатанная бандероль все еще дожидалась своей участи. И сейчас, глядя на красную с какими-то полосками обложку книги, имя автора которой ей ничего не говорило, Мари стала рассеянно листать страницы.
Между страницами лежали какие-то листки. Она вынула их. Три листа почтовой бумаги были исписаны мелким четким почерком, причем по-испански. Читать на этом языке со времени окончания школы она почти разучилась. В левом верхнем углу стояла дата: «Июнь 1998».
Повертев листы в руках, Мари отложила их в сторону и принялась рассматривать книгу, тоже написанную по-испански. Из биографической справки, приведенной и на английском, с которым у Мари дела обстояли получше, следовало, что недавно скончавшийся автор этих рассказов был миллионером, человеком незаурядным, сделавшим из собственной жизни свой главный роман.
К книге прилагалось двуязычное приглашение посетить виллу писателя и оплаченный авиабилет в Португалию с открытой датой, действительный до 31 декабря 1999 года.
«А почему бы, собственно, мне не полететь в Португалию? — внезапно подумала Мари. — Если маленькая эгоистка Флер может себе позволить исчезнуть накануне дня рождения, хотя и знает, что без нее праздник не состоится, то почему бы мне сейчас, когда особых забот не предвидится, не устроить себе маленькие каникулы?
Мне так нужна смена обстановки, иначе хандра доконает меня окончательно. И потом, я еще не стара… Зачем же бежать от приключений, раз уж они сами меня ищут?»
И она быстро набрала номер авиакомпании, указанной на билете. Ей подтвердили действительность билета и поинтересовались, когда она хочет лететь. Завтра? Пожалуйста, первый рейс в семь утра. Что ж, Стефан прекрасно справится со всеми делами, а она так давно не отдыхала!
— Будьте добры, один билет. Салон для некурящих.
Повесив трубку, Мари нервно выдохнула: теперь оставалось только дождаться возвращения Флер. Если она приедет сегодня вечером. А нет, так она позвонит ей завтра из Португалии, это ничего не изменит — похоже, она напрасно так волновалась из-за дочери. Пусть теперь ее маленькая инфанта привыкает к взрослой жизни. Может, узнает, что значит волноваться о других, когда те выкидывают неизвестно что. В веселой нервозности укладывая вещи, Мари оседлала любимую лошадку — ко всем практическим аспектам жизни она еще со школы подводила теоретическую базу Поездка в Португалию мотивировалась лаконично «Здоровый эгоизм — и тебя начнут ценить мужчины, уважать дети!»
По приезде в Париж Флер направилась прямо в ресторан — нужно сообщить маме, что это все-таки не Клара. Может, ей еще что-нибудь придет в голову. К тому же получается, что она не дала поздравить себя с днем рождения — все-таки неудобно. Уже был девятый час, посетителей достаточно много, но Флер знала, что это последний вечерний наплыв — через час зал почти совсем опустеет. Скорее всего, Мари на кухне, придумывает что-нибудь особенное на завтрашний день или просто вырезает свои бесконечные овощные фигурки.
Войдя в кухню, девушка чуть не налетела на Жака: неутомимый повар, чуть не приплясывая, сам нес свое любимое блюдо, консоме из пятнадцати овощей, на чей-то стол. И это после двенадцати часов работы, да еще в такую жару! «Он не просто трудоголик — фанатик», — подумала Флер и с удивлением обнаружила у разделочного стола новое лицо. Совсем молодой и, надо признаться, очень хорошенький юноша с фантастической скоростью резал на доске китайскую капусту. Жак, галантно раскланявшись с дочерью хозяйки, сообщил ей, что мадам завтра отправляется в Португалию — Флер решила, что она ослышалась, и даже не стала переспрашивать, — после чего кивнул в сторону новенького:
— Это Януш, мой новый помощник. Не знаю, где он так научился работать, но он сам утверждает, что приехал из Польши. Вероятно, мне пора туда эмигрировать. Если там все так умеют резать овощи, то это великая страна. К сожалению, юноша работает только через день.
Флер и Януш рассмеялись.
— Меня зовут Флер, я дочь Мари Дюпьер. Януш дурашливо приложил руки к сердцу.
— Позвольте заверить, мадемуазель, что я готов служить вам верой и правдой до тех пор, пока обстоятельства не вынудят меня покинуть вас. Или, — добавил он уже серьезно, — пока я не надоем вам.
