Я откидываюсь на спинку кресла, переваривая новости. Мне настолько плохо, что я подала на развод? Смотрю на Сабрину, которая счастливо играет у моих ног… Так вот чем объясняется холодная отстраненность Маркуса сегодня утром! А как же Сабрина? Разве мы не должны… хотя бы попытаться ради нее? Я думаю о своей матери, о бесконечной череде мужчин в ее жизни. Большинство ухажеров были ничем не примечательны, некоторые вовсе оказались редкостными мерзавцами. А остальные? Я бы обрадовалась, задержись они подольше, да хоть насовсем. Мне не хватало отца, но еще больше мне не хватало семьи. Стабильной семьи. И вот теперь я в одном шаге от того, чтобы повторить мамину историю. Разве я могу так поступить с Сабриной?
Я со вздохом смотрю на часы. Адам подождет. Мне нужно позвонить Фрэнки.
– Привет! – говорю я и осекаюсь, не зная, что говорить и как начать.
– Привет! – раздается в трубке ее веселый, энергичный голос. – Прости за голосовые сообщения. Знаю, ты их ненавидишь.
– Я действительно ненавижу голосовые сообщения, – смеюсь я. – И ни одно из них не прослушала, поэтому тебе придется повторить все, что ты мне наговорила.
– У тебя сейчас непростой период в жизни. Я лишь хотела сказать, что я всегда рядом. Ты не одна.
– Фрэнки, я
Сабрина хватается за мою левую ногу и пробует встать. Малышка радостно хлопает меня по голени, как по барабану, чем тут же превращает мои слова в абсурд.
– Конечно, если не считать тебя и Сабрину, – добавляю я.
– Моя сладкая девочка! – восторженно восклицает Фрэнки. – Скажи зайке, что тетя Фрэнки ужасно по ней скучает!
Я с улыбкой касаюсь пухлой щечки Сабрины.
– Какие новости… с Маркусом? Вы хотя бы разговариваете? Работаете над отношениями?
Я вздыхаю, усаживая Сабрину на коленях.
– Все так же. Почти не общаемся, – признаюсь я.
– Может, вам снова походить к психотерапевту?
– Может, – пожимаю плечами я.
– Лена, он хороший парень. Я все думаю, а вдруг вас просто подкосили нагрузки из-за ребенка? Мы с Кристианом чуть с ума не сошли, когда родились близнецы.
– В какой-то момент у меня практически поехала крыша, – хохочет она. – Слушай, а давай я прилечу к тебе и побуду с Сабриной на выходных, а вы вдвоем куда-нибудь смотаетесь?
– Не знаю, – колеблюсь я. – Спасибо, Фрэнки. Я подумаю.
– Вот и хорошо. Главное, пообещай, что не станешь принимать поспешных решений, договорились?
– Договорились.
Я с Сабриной на руках стою у Адама на крыльце и, недоверчиво глядя на кнопку дверного звонка, размышляю о нашей продолжительной переписке, которую я обнаружила в телефоне. Я просмотрела сообщения вскользь, и они показались мне довольно безобидными, однако меня не оставляет чувство, что мы ведем опасную игру. Я делаю шаг назад, передумав идти на этот обед/детский праздник/называйте как угодно, но тут дверь открывается.
– Лена! – с легким удивлением говорит Адам. Шарлотта сидит в переноске-кенгуру, пристегнутая ремнями к его груди.
Я нервно улыбаюсь, а Сабрина пищит от восторга. Она выгибает спину, пытаясь высвободиться из моих рук. Ясное дело, она бывала тут раньше.
– Проходите, чувствуйте себя как дома.
Я киваю и захожу внутрь. Здесь царит тот же модерн середины века, правда, более богемный: повсюду турецкие ковры, напольные подушки с восточными узорами, а в воздухе витает слабый аромат ладана. На столе неоткрытая бутылка белого вина и два чистых бокала.
– Ты не подержишь ее секунду, а я пока сбегаю в сад и нарву нам пару веточек эстрагона для салата? – Адам вынимает Шарлотту из переноски.
– М-м… ладно.
– Она просто без ума от тебя! – улыбается он, решительно передавая мне девочку.
Тем временем его дочка тянется к моим бусам и начинает их дергать. К счастью, мне удается избежать удушения: заметив, что Сабрина, сидя на ковре, перебирает ее игрушки, Шарлотта машет руками, требуя, чтобы я спустила ее на пол. Шарлотта трогает Сабрину за нос и хихикает. Ее платиново-белые волосы либо от родителей, либо результат палящего калифорнийского солнца – трудно сказать. Мать Шарлотты… Наверное, она тоже трудоголик, как и Маркус. Видимо, поэтому мы с Адамом подружились. Два сидящих дома родителя, которые сошлись на почве переутомления и грязных подгузников.
Пока девочки играют, я смущенно стою на кухне. Вскоре возвращается Адам с веточками эстрагона и нарезает их красивым поварским ножом.
– Прошу! – Адам выставляет на стол миску с овощным салатом и блюдо с сэндвичами-панини.
Затем быстро заскакивает на кухню и приносит оттуда две ложки и две маленькие миски… странной зеленой каши.
– Брокколи и бананы для девочек, – с улыбкой объясняет он. – Рецепт из книги, которую ты мне посоветовала.
Сабрина морщится и закрывает ладошкой рот.
– Прошу прощения, у нее в последние дни… антибанановое настроение.
– Хм… По-моему, еще вчера она их любила, – обиженно говорит Адам.
