— Думаю, она понимает это, — заметил превор. — Слушай дальше: она взяла на себя функции хозяйки во Фрейфорде и теперь там прислуга ходит по струнке. Навела порядок в замке, на кухне и уже советует Марвину, как ему управляться с поместьем. Девочка, которую они с Райли подобрали на улице Кливдона теперь стала практически их воспитанницей. И, я думаю, в Кливдон они направились, чтобы оформить её удочерение в храме. Вот только не знаю, кто это будет делать: Райли или Мариенна.
— Мариенна не сможет сделать такой шаг без моего согласия. А я его не давал и не собираюсь этого делать. Неизвестно, что это за девочка и так ли случайно она попалась на их пути, — герцог раздражался всё сильнее: надо же сколько инициативы проявляет его фиктивная жёнушка?!
— Тебе виднее, — пожал плечами превор. — Есть ещё один момент: банк в Кливдоне сообщил, что Мариенна интересовалась своим счётом и стоимостью домов в Кливдоне. Ну, и последнее, что я хочу сообщить тебе по поводу «нашей бедной послушницы», — передразнил Остин герцога. — У Мариенны обнаружился сильный ментальный дар. Она не просто менталист, она эмпат. И уже сейчас без всякого обучения помогает людям. Вылечила Райли, архивариуса Сару Дженкинс, какого-то полоумного мужика в Гленко. Правда, в случае с мэтрессой она сильно выложилась и даже потеряла сознание, но уже в следующий раз в Гленко всё обошлось, а там случай был потруднее. Теперь с ней занимается местный маг. Но он всего лишь бытовик, а герцогине, как я понимаю, необходимо полноценное обучение.
— Подожди! Слишком много информации, — раздражённо и страдальчески хмурясь, остановил герцог друга. — У меня голова уже не работает, — пожаловался Итон. — Итак: ты утверждаешь, что моя жена — маг-эмпат?
— Именно, — невозмутимо ответил Остин.
— Она хозяйничает во Фрейфорде, ведёт все дела по управлению замком и, судя по запросу, собирается переехать в Кливдон? — герцог сделал опасную паузу и вкрадчиво спросил у превора: — А мы об одной и той же женщине говорим? О моей жене, которую привезли из монастыря, и которая не сказала ни слова за всю дорогу? О моей жене, которая месяц прожив в замке едва ли узнала в нём два места: свою комнату и патио возле неё? О моей жене, которая месяц прожила в комнате, не познакомившись ни с кем, кроме одной служанки, и занимаясь лишь чтением и рукоделием? Мы об этой женщине говорим, Остин? А ведь это ты мне нашёл эту сиротку? Что же твои сведения так различаются?! — почти выкрикнул герцог и замолчал.
Он и сам не ожидал, что известия о жене так заденут его самолюбие, так удивят и заставят задуматься. В кабинете установилась тишина, но не напряжённая и враждебная, а раздумчивая тишина осмысления новых фактов и новых вариантов. Оба мужчины, каждый по-своему, просчитывали варианты действий. Герцог принял решение первым.
— В общем, так, Остин. Мариенна уже в Кливдоне. Неизвестно сколько времени она там пробудет, так что я сейчас перейду туда. С тобой, — подчеркнул Итон. — И останусь там до начала рейда. Не имеет значения, откуда я буду руководить подготовкой операции: переговорники, вестники и порталы никто не отменял. Но зато я наконец-то познакомлюсь со своей женой поближе. Кажется, мы с тобой сильно ошиблись в оценке этой девочки. И я даже рад этому, — закончил герцог.
— О, как у вас красиво стало! — воскликнул Райли, подхватывая на руки Милли, которая выбежала ему навстречу, заметив въезжающий отряд из окна библиотеки.
Пока наёмники спешились, пока устроили лошадей, пока поздоровались с Марвином, девочка успела сбежать вниз и встретить их на крыльце замка. Почти вслед за ней успела подойти и Марина.
— Это матушка старается, — пожал протянутую наёмником руку Марвин. — Не устаю благодарить отца за то, что выслал её сюда, а тебя за то, что доставил живую и здоровую, — улыбнулся парень.
— Да, это всё госпожа, — подхватила Милли. — Её уже все слуги слушаются и даже дворецкий каждое утро распоряжений ожидает. Мы весь замок отмыли и отчистили! Госпожа говорит, что нельзя жить в хлеву, — не унималась девчонка. — А леди Соня на неё злится, — заодно пожаловалась она Райли.
— Я, может быть, немного перестаралась, — улыбнулась Марина на откровения воспитанницы, — но зато теперь все выполняют свои обязанности без понукания и добросовестно.
— Ну, да, я запомнил, — весело откликнулся Марвин. — Деньги должны быть ЗА-РА-БО-ТА-НЬI, а не получены за видимость работы. Ты знаешь, — обратился он к Райли, — у матушки удивительно трезвый взгляд на организацию любого дела. И она мне даёт дельные советы по хозяйству. Просто интересно, чему ещё её научили в монастыре?!
Разговаривая и улыбаясь друг другу, все четверо вошли в холл и сразу направились в кабинет Марвина. Всем хотелось поговорить без лишних глаз и ушей. Удивительно, но эти четверо испытывали относительно друг друга настоящие дружеские, почти родственные, чувства. Их тянуло друг к другу и это было заметно.
