– Порой цыгане крадут детей, – вздохнул детектив. – Чаще всего мы их находим. Эти мошенницы обычно твердят, что обожают малышей и не могут удержаться, чтобы не забрать их себе.
– Зачем?
Детектив пожал плечами.
– Может, так они борются с вырождением? Они ведь не слишком многочисленный народ, хоть и рассеяны по всему свету. Мне известно, что в Париже живет несколько кланов оседлых цыган, но есть и кочевые. Они разбивают свои лагеря в предместьях, подолгу не задерживаются и катят дальше.
Увидев, как напрягся Ретт, Анкре поторопился успокоить его:
– Не волнуйтесь, мистер Батлер, передвигаются они медленно, и даже если решатся покинуть страну, вряд ли сумеют доехать на своих кибитках до границы прежде, чем мы найдем вашу дочь. Мы организуем поиски следующим образом. Я дам вам адреса оседлых цыган, и вы с Пьером навестите эти семейки. А сам я со своими помощниками займусь обследованием предместий. Для скорости буду посылать телеграммы в «Ритц», так что вы сноситесь со своей супругой. Может, мне повезет, и я раньше найду девочку. Если же удача улыбнется вам, тогда известите моего секретаря.
Анкре развернул на столе подробную карту Парижа и указал места проживания оседлых парижских цыган.
– Я думаю, вы легко их найдете. Только не верьте этим мошенникам на слово, просто так они ребенка не отдадут. Можете пригрозить полицией, но лучше предложите выкуп. Не думаю, что они запросят много.
– Я готов отдать любые деньги, – заверил Ретт.
– Кстати, мне нужна некоторая сумма на расходы. И на случай выкупа…
Батлер достал из бумажника несколько тысячефранковых билетов.
– Этого хватит?
– Вполне, мсье Батлер, – кивнул детектив.
Муаре искренне сочувствовал Батлеру и готов был помочь в поисках, но в предвкушении фурора, который произведет его статья о поисках пропавшей в Булонском лесу девочки, не мог сдержаться:
– Это будет потрясающий репортаж! Корреспондент лично участвует в поисках похищенного ребенка… Такого еще не было, это станет сенсацией! Конечно, я примусь за статью только после того, как мы найдем твою дочь, Ретт. Будь уверен – я с тобой до конца. О-о! Что за материал! Я напишу, как цыганки, положившие глаз на очаровательную девочку, следили за вами, и едва представился случай… Ты не против? Эпизод с гаданием тоже будет. Это придаст ситуации пикантности… Кстати, что они тебе нагадали?
Батлер, погруженный в свои мысли и, казалось, совсем не слушавший его, вдруг схватил журналиста за грудки и, буквально прожигая глазами, раздельно произнес:
– Пьер, будь у меня сейчас пистолет, я бы пристрелил тебя, но если ты сию же минуту не заткнешься, то справлюсь и голыми руками!
Сказав это, он отбросил Муаре в противоположный угол наемной кареты. Тот умолк и некоторое время с испугом глядел на приятеля. Судя по тому, каким гневом сверкали черные глаза, Батлер был способен исполнить угрозу.
Журналисты народ толстокожий, и Пьер счел за лучшее не обижаться. Мозг Муаре был устроен таким образом, что, даже умолкнув, он не прекращал мысленный монолог.
«Батлер славный малый, просто перенервничал, – думал он. – Не хотел бы я оказаться на его месте… Если б у меня была дочь и ее украли, я бы тоже с ума сходил. Интересно, как у него появилась пятилетняя дочь? Я прекрасно помню, что около пяти лет назад Ретт посетил Париж с молодой женой, ни о каком ребенке от первого брака и слова не было. Напротив, он говорил, что после трагического случая с первым ребенком опасается заводить детей… Забавно, что он вернулся к прежней жене… Впрочем, она неординарная женщина. Не только красивая, но и волевая. Другая на ее месте валялась бы в обмороке. Если дочь похожа на мать, то это прелестная девочка. Хотя Батлер говорил, что она смугла, вроде него. Трудно будет отыскать черноволосую смуглянку в толпе цыган. Если они додумаются переодеть дочку Батлера в свои лохмотья, никто не отличит ее от цыганских ребятишек…»
Район, куда прикатила карета, был незнаком не только Ретту, но и парижанину Муаре. Экипаж остановился перед кривой улочкой, где тесно лепились друг к другу ветхие лачуги. Возница сообщил, что дальше ему не проехать, здесь не развернуться и всаднику. Окна без ставней были распахнуты, из открытых дверей некоторых домов выглядывали неопрятные старухи. Из-за их широких цветастых юбок чужаков рассматривали десятки любопытных детских глаз.
Казалось, здесь не было ни одного молодого мужчины или женщины, только старики да дети.
Батлер приблизился к одной из дверей.
– Простите, я могу вас спросить… – начал он.
– Уйди, черноглазый, – бросила ему в лицо лохматая цыганка и захлопнула дверь перед самым носом Ретта.
Он двинулся к следующей двери, но Пьер опередил его.
– Постой, Ретт, дай я. С этой братией нужно уметь общаться. – Эй, старая! – громко заговорил он, подходя. – Заработать хочешь?
Старуха кивнула и ощерилась в улыбке, показывая пару крупных желтых зубов. Остальные она растеряла за свою долгую жизнь.
– Погадать тебе, сладкий мой? На картах или по руке?..
Муаре кинул в подставленную ладонь какую-то мелочь.
