Ревизор полностью

Жевакин. А это однако ж бывает. У нас вся 3-я эскадра, все офицеры и матросы, все были с такими фамилиями, что бывало покойник командир Алексей Иванович говорил: ну, говорит, у 3-й эскадры черт на крестинах что ли был: Помойкин, Ярыжкин, Перепреев лейтенант. А один мичман, и даже хороший мичман, был по фамилии просто Дырка, и капитан бывало: эй ты, Дырка, поди сюда! и бывало над ним всегда пошутишь: эх ты дырка эдакой, говоришь бывало ему.

Слышен в сенях звонок. Фекла бежит через комнату отворять.

Яичница. А, здравствуй, матушка.

Жевакин. Здравствуй, как живешь, душа моя.

Анучкин. Здравствуй, матушка Фекла Ивановна.

Фекла(бежит впопыхах). Спасибо, отцы мои, здорова, здорова. (Отворяет дверь.)

В сенях раздаются голоса: «Дома?» – «Дома». Потом несколько почти неслышных слов, на которые Фекла отвечает с досадою: «Смотри ты какой!»

Те же, Кочкарев,

Подколесин

и Фекла.

Кочкарев(Подколесину). Ты помни, только кураж и больше ничего. (Оглядывается и раскланивается с некоторым изумлением; про себя.) Фу ты, какая куча народу. Это что значит? Уж не женихи ли? (Толкает Феклу и говорит ей тихо.) С которых сторон понабрала ворон – а?

Фекла(вполголоса). Тут тебе ворон нет, все честные люди.

Кочкарев(ей). Гости-то несчитанные, кафтаны общипанные.

Фекла. Гляди налет на свой полет, а и похвастаться нечем: шапка в рубль, а щи без круп.

Кочкарев. Небось твои разживные, по дыре в кармане. (Вслух.) Да что она делает теперь, ведь эта дверь, верно, к ней в спальню (подходит к двери).

Фекла. Бесстыдник, говорят тебе, еще одевается.

Кочкарев. Эка беда!.. что ж тут такого? ведь только посмотрю и больше ничего. (Смотрит в замочную скважину.)

Жевакин. А позвольте мне полюбопытствовать тоже.

Яичница. Позвольте взглянуть мне только один разочек.

Кочкарев(продолжая смотреть). Да ничего не видно, господа. И распознать нельзя, что такое белеет, женщина или подушка.

Все однако ж обступают дверь и продираются взглянуть.

Кочкарев. Чш… кто-то идет.

Все отскакивают прочь.

Те же, Арина Пантелеймоновна и Агафья Тихоновна.

Все раскланиваются.

Арина Пантелеймоновна. А по какой причине изволили одолжить посещением?

Яичница. А по газетам узнал я, что желаете вступить в подряды насчет поставки лесу и дров, и потому, находясь в должности экзекутора при казенном месте, я пришел узнать, какого роду лес, в каком количестве и к какому времени можете его поставить.

Арина Пантелеймоновна. Хоть подрядов никаких не берем, а приходу рады. А как по фамилии?

Яичница. Коллежский асессор, Иван Павлович Яичница.

Арина Пантелеймоновна. Прошу покорнейше садиться. (Обращается к Жевакину и смотрит на него.) А позвольте узнать…

Жевакин. Я тоже, в газетах вижу объявляют о чем-то. Дай-ка, думаю себе, пойду. Погода же казалась хорошею, по дороге везде травка…

Арина Пантелеймоновна. А как-с по фамилии?

Жевакин. А лейтенант морской службы в отставке. Балтазар Балтазаров Жевакин 2-й. Был у нас еще другой Жевакин, да тот еще прежде моего вышел в отставку: был ранен, матушка, под коленком, и пуля так странно прошла, что коленка-то самого не тронула, а по жиле прохватила – как иголкой сшило, так что когда, бывало, стоишь с ним, все кажется, что он хочет тебя коленком сзади ударить.

Арина Пантелеймоновна. А прошу покорнейше садиться. (Обращаясь к Анучкину.) А позвольте узнать, по какой причине?..

Анучкин. По соседству-с. Находясь довольно в близком соседстве.

Арина Пантелеймоновна. Не в доме ли купеческой жены Тулубовой, что насупротив, изволите жить.

Жевакин. Нет, я покамест живу еще на Песках. Но имею однако же намерение со временем перебраться сюда-с в соседство, в эту часть города.

Арина Пантелеймоновна. А прошу покорнейше садиться. (Обращаясь к Кочкареву.) А позвольте узнать…

Кочкарев. Да неужли вы меня не узнаете. (Обращаясь к Агафье Тихоновне.) И вы также, сударыня?

Агафья Тихоновна. Сколько мне кажется, совсем не видела вас.

Кочкарев. Однако ж припомните. Вы меня, верно, где-нибудь видели.

Агафья Тихоновна. Право, не знаю. Уж разве не у Бирюшкиных ли?