Вообще, нам очень повезло с командиром корпуса во Франции. Он очень высоко оценивал нашу службу, там вообще мало кто без наград остался. А может, ещё и сказалось его близкое знакомство с Деникиным и тот факт, что последний мне благоволил. В общем, я не зря хвастаюсь, что являюсь полным кавалером Георгиевского креста. Полный бант я получил именно во Франции. К моему приезду туда у меня были все четыре солдатских Георгия и две медали, ещё и золотая шейная на Аннинской ленте. Во Франции, благодаря действиям нашей команды, я получил оставшиеся две медали к Георгию и таким образом собрал полный бант. Плюс здесь же получил Станислава третьей степени с мечами. Две французские висюльки я не считаю, хоть сейчас они и закреплены на моём кителе под шинелью. Вот так, всего за два года человек с хорошими навыками из будущего умудрился нахватать столько наград, и ведь не просто так. Сколько раз меня чуть не убили, сколько ран на моём теле? Кровушки я пролил за эти два года немало, но и чужой в ответ не жалел. И при царе все эти награды, даже самые низшие, давали многое. Это не в будущем, вешают ребятам награды, а толку? Твари, не то что пенсию, даже сраные кредиты боевым парням не списывают. Стыдно. При царе моя пенсия после войны была бы такой большой, что я мог никогда ничего больше не делать, всю жизнь спокойно можно жить на эти деньги. Вот так, жаль, что ушла эта традиция. Ребята, проливающие свою кровь, воюющие за свою страну, должны получать достойные пенсии за свою верную службу. Просто обязаны!
В Новочеркасск мы не просто так прибыли. Во-первых, он по дороге на Ростов, а во-вторых, надо как следует разведать, что тут и как, доложить, если будет возможность, конечно. Ну и, узнать, что нас ждёт в самом Ростове-папе.
– Ты посмотри, как они тут устроились! – Ванька крутил головой и показывал мне на местных. Точнее, на снующих тут и там солдат Добровольческой армии, которые, казалось, заполонили все кругом.
Удивляло их снаряжение и внешний вид, думал, у них тут лучше снабжение. Ни для кого сейчас не секрет, что Белую армию хорошо снабжают англичане. Наверное, воруют наверху, иначе почему простые солдаты в хламье таком ходят?
Решили не задерживаться, привлекать внимание не хотелось, и спустя день, напросившись к очередным торговцам, едущим в Ростов, отправились туда же. Доехать было не судьба. Обоз тормознули на подъезде к городу и не просто так.
– Вылезайте, приехали! – грубо, направив на нас оружие, приказали нам с Ванькой, и пришлось повиноваться.
– Хлопцы, вяжи их, только обыщите сначала! – это бравый военный, с погонами штабс-капитана, приказал уже своим подопечным.
Мы молча стояли и ждали обыска, когда один из солдат решительно рванул на моей шинели пуговицы, точнее попытался, я отбросил его руку.
– Руки! Сейчас расстегну и осмотришь!
Мне мгновенно прилетел в лицо удар кулаком.
– Ты чё, падла, ещё ерепенится будешь?
Я спокойно вытер кровь с разбитой губы и расстегнул шинель. Сверкнувшие награды чуть охладили прыть ретивых солдат, но не остановили полностью. Сдав нож, просто швырнув его под ноги штабс-капитану, вытащил «кольт» и произнёс:
– Оружие у офицера не требуют! Вам прекрасно известно это, господин штабс-капитан!
– Мы не при царе, – было мне ответом.
– А что, разве со сменой власти отменили уважение к офицерам? Вы же не красные, которые наплевали на все устои, ведите себя достойно!
– Господин штабс-капитан, разрешите я хлопну это благородие? – вновь подал голос наглый солдат, ударивший меня до этого.
– И как вам служится с такими вояками, господин штабс-капитан? Этак они завтра и вас хлопнут. Это наградное оружие, от его превосходительства генерала Маркова, – с этими словами я вынул из рукояти магазин, дернул затвор, показывая, что ствол чист, и протянул магазин солдату, а пистолет оставил.
– Пистолет-то, может быть, и наградной, да вот чей он, ещё вопрос. Думаешь, нацепил награды и сойдешь за своего?
Так-так, скорее всего, этот штабс-капитан получил своё звание недавно, а по сути, это обычный рядовой, выслужившийся уже после революции, на грабежах и убийствах мирных граждан.
– Вы в своем уме, господин штабс-капитан? Офицер не может надеть чужие награды, это позор!
– Да плевать мне на твои награды, оружие! – солдат вновь протянул ко мне руку, и мне всё же пришлось отдать пистолет.
– Зря вы так, позже пожалеете о вашем решении, – всё так же спокойно продолжал говорить я.
Солдат, выхвативший у меня из рук ствол, тут же зарядил мне в ухо. Было больно. Но не успел сообразить, думал, что это так, для устрашения, когда ещё один удар, в живот, причём прикладом винтовки, выбил из меня дух.
– Да что же вы делаете, ироды! Мы же свои! – закричал Ванька.
А меня уже пинали, как и спустя мгновение самого Малого.
Очнулся я в каком-то сарае, шинели не было, а по ночам даже тут, на юге, довольно прохладно. Китель разодран, срывали награды и что-то искали, потому как изодрано все в клочья. На губах запеклась кровь, один глаз почти не открывался, заплыл, болело ухо, голова вообще, да и всё тело. Хорошо отмудохали, качественно.
