Но - мотив? Серьезного, настоятельного мотива как не было, так и не находилось. Роман успел спросить, побывал ли Гаттерас в тренажерном зале - нет, вчера не ходил. В кресле валялось скомканное махровое полотенце. Убит никому не нужный, безобидный штатный астролог. Из окна выброшен манекен Генерального Директора. Проломлен череп работнику-одиночке, Завершителю-Отделочнику, ценному сотруднику. Он пока не видел возможности свести эти факты воедино.
А потому надлежало проявить решительность крайнюю.
Роман позвонил Снежану Романову:
- Рабочий день отменяется, - объявил он спокойно. - Или приостанавливается.
- Почему? - спокойно спросил Снежан.
- Потому что я приступаю к допросам с официальным пристрастием. И первым, товарищ Романов, будете вы. Прошу пожаловать в мой кабинет.
- Какой кабинет? - поразился тот. - У вас здесь нет кабинета...
- Вы позиционировали меня как редактора ведомственной газеты и штатного хулигана-провокатора. Мне давно полагается кабинет.
- В самом деле, - смутился Генеральный Директор. - Идите к Ивану Сергеевичу, получите ключи от офиса двести двенадцать. Я буду там через полчаса. Но вы, товарищ Мельников, не забывайте и о журналистике! Газета должна быть позитивной. Пусть первый номер будет траурный, но газета при этом должна вселять оптимизм и ориентировать на результат...
- Оптимизма пока обещать не могу, а вот насчет результата постараюсь, - отозвался капитан Мельников.
От Снежана Романова так и веяло смертным холодом. И капитан приготовился разговаривать жестко. Но вышло так себе.
Офис номер двести двенадцать был гол.
Сидеть пришлось на свежевыбеленных подоконниках. Они едва успели высохнуть. Мельников держал протокол на коленях, а Романов тем временем думал, что эта писанина не имеет никакой юридической силы.
Против ожидания разговор начал сам Снежан.
- Нашли куклу Арахнидде, - сообщил он. - В самом подвале. Изрезана в клочья.
Мельников обругал себя. Действительно: и как он не подумал, а куда же подевался манекен астролога, если тот занял место собственной персоной?
- Кто нашел? - позорно спросил Роман.
- Таджик-уборщик. Метет, а там целый ворох. Специально резали, со вкусом, даже выкололи глаза, а они - самые недешевые. Это же не просто резина и не воск, у нас особый состав. И растоптали.
"Снова эксперты", - вздохнул Мельников. Собаки придут. С людьми.
- Все было заранее задумано, - не унимался Генеральный. - Это не просто под наплывом чувств меня кто-то выбросил. Кто-то забрал Арахнидде из тренажерного зала, тайно вынес, привел в негодность...
- А где манекен Пляшкова? - неожиданно спросил опер.
- Астролога? - недоуменно вопросил Снежан Романов. - Да в той же куче. Прах к праху, как говорится. Смешались при столь печальных обстоятельствах.
- А при других смешиваться не приходилось? В смысле - нежелательным образом пересекаться? С вами, например?
Генеральный подобрался, насторожился.
- На что вы намекаете? Между нами не было конфликтов, за исключением мелких производственных. Ну, запрогнозированный запах вдруг оказывался не лучшим... Пляшков кивал на звезды, а я ему про эти звезды... всякое, короче, говорил.
- Давайте отвлечемся, - предложил Роман. - Мне нужно уяснить общую картину. Итак, вы - я не интересуюсь, какими средствами - приобрели местного ящера, его возводили десятки лет. И захотели выпускать здесь стельки. Почему именно стельки?
- А почему бы и нет? У нас они особенные, эксклюзивные, с феромонами.
- С чем, извините?
- С феромонами. Это специальные мужские вещества, издаваемые железами для соблазнения женщин. Аттрактивы. Наше ноу-хау.
- И что же? Они соблазняются?
- Рыбаки говорят, что плотва клюет, - пожал плечами Снежан. - Это лучшее, что может предложить современная наука для сближения полов, гармонизации межличностных отношений мужчины и женщины всех возрастов и социальных категорий. Наше производство имеет большое социальное значение.
-Допустим. У вас цеха, производство. Вы расширяетесь...
- Так земелька нынче ничейная...
- Это еще вопрос... Ходят слухи, что вы намерены охватить своей деятельностью даже Кировский завод.
- Почему нет? - скромно потупился Романов.
- И Путиловский храм, - небрежно добавил Мельников.
Снежан потемнел лицом.
- Вам поп уже напел, я правильно понимаю?
- Оставим его в покое, на время. У меня было время пообщаться с вашим психологом.
- Это с Ронзиным? - осторожно спросил Романов.
- С ним. У меня сложилось впечатление, что в вашей компании с его подачи, да под присмотром Блоу активно насаждается чуждый нашему обществу стиль работы. Мозговые штурмы, выдуманные классификации, странные гимнастические упражнения, мистические решетки... как на это смотрит ваш менеджер по кадрам, Иван Сергеевич?
Снежан улыбнулся: