Дирксен остроумно охарактеризовал отношение Риббентропа к МИДу до и после назначения: «браконьер, назначенный лесничим». Раньше он старался вести собственную игру, максимально свободную от влияния Вильгельмштрассе, теперь взять всю внешнеполитическую активность рейха под контроль и таким образом поднять престиж
Назначая Риббентропа министром, Гитлер назвал ему четыре проблемы — Австрия, Судетская область, Мемель (ныне Клайпеда, Литва) и Данциг (ныне Гданьск, Польша), которые он хотел «вернуть в рейх». Все они были наследием Версальской системы, поэтапная ревизия которой являлась целью германской внешней политики и до нацистов.
Австрия, ставшая в результате распада Австро-Венгрии государством с преимущественно немецким населением, уже в декабре 1918 года пожелала объединиться с Германией (так решил ее новый, республиканский парламент), но победители воспротивились этому, закрепив свой запрет в Версальском (ст. 80) и Сен-Жерменском (ст. 88) договорах. Судетская область с тремя с половиной миллионами немцев, которые проживали там более тысячи лет, вошла в состав Чехословакии. Сен-Жерменский договор подробно прописал статут национальных меньшинств и механизм их защиты (ст. 62–69), но не распространил их на немецкое население, оказавшееся на территории других стран. Мемель, принадлежавший Пруссии с 1422 года, был отторгнут от Германии Версальским договором (ст. 99) и передан под управление Лиги Наций. 13–15 января 1923 года, невзирая на протесты Польши и РСФСР, Литва захватила Мемель, что через месяц было закреплено решением Конференции послов Антанты, хотя германское население города в три раза превышало литовское. Данциг, национальная и государственная принадлежность которого Германии не вызывала сомнений, был объявлен «вольным городом под защитой Лиги Наций», а 327 тысяч его населения (из них 97 процентов составляли немцы) потеряли германское гражданство. Вольный город был включен в пределы экономического пространства Польши, которая получила в свое ведение его внешние сношения (ст. 100–108 Версальского договора). Не ограничиваясь этим, поляки по соседству создали порт Гдыня, который со временем должен был перевести на себя все пассажирские и грузовые потоки и таким образом экономически задушить «не совсем польский» Данциг. Новый город был создан на территории Польского коридора — отторгнутом от Германии участке, который соединял исторически населенные поляками земли с морем и одновременно отрезал одну часть германской территории (Восточная Пруссия) от другой (ст. 27 Версальского договора). Данциг и коридор станут основной причиной конфликта двух держав и главным поводом к войне в Европе.
Такие задачи Гитлер поставил перед новым министром. Риббентроп пересказал их Вайцзеккеру, предлагая тому пост статс-секретаря, и поделился с ним глобальным видением ситуации: прежде всего — не допустить коалиции Англии, Франции и СССР против Германии. Собеседник, если и был против, оставил возражения при себе.
Аншлюс («присоединение») Австрии стал дебютом министра, но к его подготовке и осуществлению он не имел никакого отношения, как и Нейрат, поскольку посол Папен сносился напрямую с фюрером. На 12 февраля была назначена встреча рейхсканцлера Гитлера с бундесканцлером Куртом фон Шушнигом, на которой сильнейший из диктаторов готовился запугать слабейшего. Генералы Вильгельм Кейтель, Вальтер фон Рейхенау и свирепого вида Гуго Шперрле были вызваны для устрашения низкорослого австрийца. Папен, которого Гитлер попросил остаться послом, и тайно перешедший на сторону нацистов статс-секретарь МИД Австрии Гвидо Шмидт должны были уговорить Шушнига согласиться со всеми требованиями по «сближению» двух стран. Риббентроп выступил заодно с ними в роли хорошего следователя. «Вся атмосфера на переговорах в Бергхофе была весьма доверительной, а все договоренности с Шушнигом достигались с взаимного согласия и исключали какое бы то ни было давление»{13}. После войны Шушниг, конечно, утверждал обратное{14}.
Затем состоялись первые встречи с послами. Макензен еще в бытность статс-секретарем подготовил записку о взаимных претензиях с французами (запрет газеты «Тан» в Германии, антинацистская выставка «Пять лет Гитлера» в Париже), но Франсуа-Понсе начал с протеста по поводу Австрии. Министр ответил, что для защиты соотечественников за рубежом рейх не остановится ни перед чем, включая применение силы. Не привыкший к такому языку, Франсуа-Понсе посчитал, что собеседник «не готов и не способен» занимать свою должность{15}. Британский посол демаршей не делал, сказав, что пришел за информацией. О сэре Невилле Гендерсоне следует сказать подробнее.
