Я проводил его долгим взглядом, отец Раймон снова согнулся и всячески изображает церковную крышу высшего ранга, мелкого начетчика и трудоголика. Таких никто не воспринимает как серьезных противников…
По дороге во дворец рядом крупно зашагал граф Альвар, с каждым днем он все элегантнее и ярче, молодость первой перенимает зарубежные моды, одежду на него шьют едва ли не чаще, чем королю.
Я заметил, что одежда стражей изменилась, но не понял в чем. Мы такие внимательные к мелочам, только слона в коридоре, да и то в тесном, и заметим. Это женщины сразу схватывают взглядом все новые рюшечки, но граф довольно хмыкнул.
– Куно, – сказал он с одобрением, – не забывает и мелочи…
– Какие? – спросил я.
Он кивнул на застывших у двери стражей в красной с золотом одежде. В головных уборах, кирасах, но с пышными рукавами из пурпурного шелка и дублетах до середины бедра, они выглядели такими же, как и всегда, за исключением…
– Заметили? – спросил он.
– Гербы, – пробормотал я. – Старые спорол?
– Он хотел вообще новую пошить, – сообщил он, – но граф Ришар запретил. Наш сюзерен, сказал он, не обращает внимания на мелочи. А деньги тратить нужно с умом!
– Верно сказал, – одобрил я.
Он хмыкнул:
– Только все это понимают по‑своему.
– Средства, – сказал я строго, – нужно бросить на скорейшее строительство охранных башен и порта в Тарасконе. Если замечу, что стройка идет не ударными темпами, – полетят головы!
– Всем сообщу, ваша светлость, – сказал он почтительно и на всякий случай отстал в первом же зале, затесавшись в толпу придворных. – Да-да, обязательно…
Я едва успел сесть за свой стол, как вошел сэр Жерар, посмотрел на меня хмуро:
– Новости, сэр…
Я отмахнулся:
– Давай.
Вместо того чтобы сразу сообщить, он вышел, я чуть не выкипел до дна в нетерпении, наконец вернулся с церемониймейстером и провозгласил громовым голосом, словно сообщал о дате начала Страшного суда:
– Сэр Ричард, прибыли герцог Боэмунд Фонтенийский и герцог Алан де Сен‑Валери!
– Ого, – сказал я, – сразу два герцога? Что‑то небывалое. Напомните, кто они и откуда.
Он поклонился со всей церемонной почтительностью.
– Герцог Боэмунд Фонтенийский и герцог Алан де Сен‑Валери – ближайшие советники Его Величества короля Кейдана.
Сэр Жерар и глазом не моргнул, дескать, это не новость, а я уставился, как на привидение.
– Кейдана?
– Да, ваша светлость.
– Ты не ослышался?
– Как можно! За это легко головы лишиться. Государственные дела, ошибки недопустимы…
– Все бы так считали, – проворчал я, – а то все такие умные, все за других знают. И что они хотят?
– Наверное, скажут во время назначенной им аудиенции. Но если я могу осмелиться…
Он умолк, глядя вопросительно. Я нетерпеливо махнул рукой:
– Да‑да, можешь. Осмеливайся!
Он поклонился снова.
– Возможно, – заговорил он осторожно и старательно давая мне время успевать осмысливать, на случай если я вдруг тугодум, – речь пойдет о подготовке возвращения Его Величества в столицу. И в королевский дворец. Если у вас есть какие‑то свои соображения… гм… отличающиеся от взглядов Его Величества, вам стоит взять время, чтобы подготовиться.
Выпрямившись, он стоял ровный и неподвижный, словно массивный столб, покрытый толстой золотой корой и роскошным лишайником из дорогого бархата. На лице полная бесстрастность, он лишь подает факты, а решения принимаю я и только я.
Я подумал, в самом деле подумал, а не только сделал вид, как водится для многозначительности, посмотрел на упрямо помалкивающего личного секретаря, но сэр Жерар сделал непроницаемое лицо, я сказал так же размеренно:
– Спасибо. Вопрос в самом деле непростой. Назначь им аудиенцию на вечер.
Он сказал со всей почтительностью:
– Осмелюсь ли…
– Осмеливайся, – прервал я.
Он развел руками:
– Это будет расценено как знак вашей крайней заинтересованности, что позволит им потребовать больше, чем они рассчитывают получить.
– И что надо делать?
– Назначить им через неделю, – сказал он. – Так было бы правильнее. Но учитывая ваш юный возраст и буквально молниеносные ваши решения, это будет расценено как нарочитое затягивание. Как посланниками, так и здешним окружением.
– И что надо? – повторил я нетерпеливее.
– Соотнося ваш возраст, – ответил он бесстрастно, – ваши быстрые перемещения, вашу реакцию на события, ваши неординарные решения… встречу нужно назначить на завтра. Или послезавтра. Это покажет, что вы не очень заинтересованы их визитом, но и не пренебрегаете.
Я кивнул:
– Спасибо. Вижу, именно так и надо. Еще раз спасибо! И… вот что, в следующий раз подсказывай не колеблясь. В конце концов, все твои мудрые мысли могу присвоить и тем самым выглядеть умнее, чем я есть. Так что добро пожаловать в тайные советники!
Он чуть-чуть склонил голову, лицо оставалось бесстрастным, как у вырезанной из дерева статуи. Сэр Жерар впервые чуть-чуть улыбнулся, словно и этот человек подобран им лично, сделал шаг к двери. Я взглянул на него внимательнее, что-то еще есть?
Он потупился:
– Из особо серьезного ничего. Только вот жалоба сэра Кудлинга на священника… Отец Бонифаций вроде бы совратил его дочь…
