— Взгляни на меня, — вдруг позвал Гарри голос Воландеморта. — Ну же, мальчишка, — нетерпеливо прошипел волшебник, поглаживая подрагивающий ствол рукой, — я хочу видеть твоё лицо… Убери руки! Немедленно! — потеряв терпение, скомандовал Лорд, и Гарри повиновался.
Снизу вверх, внимательно и как-то слишком критично волшебник смотрел на гриффиндорца, красного, потного, взъерошенного, неуверенного, с запотевшими очками…
— Ох… Ладно… — с какой-то обречённостью в голосе сдался мужчина, — так и быть, — тяжело вздохнул он, — можешь не смотреть.
«Издевается», — подумал Гарри и совсем сник. Но ослиное упрямство возобладало. Он обхватил лицо Лорда руками, повернул то к себе, слез со стола и присел на коленки рядом с мужчиной. Парень нашёл взглядом тонкую полоску бледных губ, блестящих от слюны и смазки, и робко, словно выпрашивающе (но всё это было совершенно наигранно) лизнул нижнюю, в тот же миг вздрогнувшую губу. Затем верхнюю, но теперь гораздо смелее, а далее уже всем языком Гарри прошёлся по влажной впадинке, надавливая и проникая внутрь.
Зубы Лорда были гладкими, но слегка кривоватыми, по-звериному острые клыки выступали вперёд и Гарри уже вскоре ощутил вкус собственной крови во рту.
Воландеморт отвечал ему со всем своим пылом. Как это происходило ранее с членом, мужчина всё норовил засосать язык гриффиндорца, но Поттер не позволял магу слишком увлечься. Он беспрестанно отвлекал волшебника от его, как видимо, любимого занятия. То юноша вновь начинал ласкать волшебника рукой, то касался напряжённых бусин его сосков, то провоцировал Воландеморта ввязаться в небольшую борьбу.
Звонкое причмокивание, глухие стоны, заглушаемые чужими губами — всё это было великолепно… Гарри хотелось бы, чтоб это длилось вечно. Ведь слишком трудно далось им расстояние, слишком долго гриффиндорец убегал. И теперь впервые они обнимали друг друга по-настоящему. Не во сне, а наяву.
«Не сон», — подумал Гарри, вздрогнул и отвернулся от очередного поцелуя.
— Нам нужно уходить. Здесь авроры, — серьёзно проговорил он, сталкиваясь с абсолютным безразличием в красных глазах. — Тебя это не волнует? — изумлённо произнёс Гарри, пытаясь вырваться из объятий Воландеморта, но мужчина лишь крепче прижал гриффиндорца к себе. — Надо уходить! — не выдержал Избранный. — Вставай же! Мы и так потеряли много времени!
— Гарри, — умиротворяюще произнёс Тёмный Лорд, — если бы в замке были авроры, то сюда уже давно ворвались бы и они, и весь Орден Феникса.
— Но я видел, как камин… — бодро начал Герой, но подушечки пальцев, мягко улёгшиеся на его губы, заставили парня замолчать. Лорд кротко улыбнулся и заговорил:
— Гарри, — с нежностью произнёс волшебник, смакуя имя любовника, — как думаешь, как я смог попасть сюда, лишь под одним только оборотным зельем?
— У нас нет на это вре!.. — но пальцы на губах льва буквально с силой вдавили обратно всякие его возмущения.
— Подумай, — спокойно попросил Лорд, словно специально желая этим самым спокойствием и здравомыслием окончательно добить нетерпеливого мальчишку.
Гарри смотрел в глаза Воландеморта, ощущая себя то ли очень-очень раздражённым человеком, то ли не выучившим урок школьником. Он не знал, даже не предполагал, как мужчина мог попасть в школу и за столь долгий период ни разу не выдать себя. Даже Карта Мародёров его не узнала!
— Ты посещал курсы актёрского мастерства? — наконец выдавил из себя Поттер, даже не пытаясь скрыть нетерпения в голосе.
— Нет, — хмуро ответил мужчина, явно не оценив шутки, отвернулся от юноши, тяжело вздохнул и таинственным полушёпотом продолжил: — Как ты, вероятно, знаешь, Гарри, я полукровка, — с каким-то странным пренебрежением произнёс мужчина.
— Я тоже, — возмутился Поттер. — Это не так уж и плохо, знаешь ли.
— Замолчи, — резко приказал мужчина. — Ты просто не понимаешь, какое значение имеет кровь в магическом мире.
— Если бы чистокровные не пытались подмять под себя всех остальных, это бы и не имело никакого значения.
— Гарри! — строго произнёс Воландеморт. — Дай мне сказать, — и тон мужчины не оставлял выбора. Юноша покорно замолчал. — Кровь у магглов и магов разная, — не стал ходить вокруг да около Милорд. — Если у магглов она хранит информацию о теле, то у магов она хранит память о духе. Дух — это магия, её сила, свойства, метка любой волшебницы или волшебника, неповторимая, но схожая по свойствам с духом родственников, — мужчина замолчал на миг. — Я полукровка, — ещё более мрачно, чем прежде, произнёс Милорд. — Мой дух слаб, — жёстко произнёс он. — Это лишило меня многих возможностей. Я Томас Марволо Риддл, — волшебник словно давился собственным именем, — сын потомков Салазара Слизерина, одного из основателей этой школы, из-за маггловского вмешательства в моё происхождение, не мог получить доступ к тайнам этого замка. Но с твоей кровью*, Гарри, я смог добиться снисхождения Хогвартса. И теперь он принял меня своим хозяином.
— Это очень интересно, но нам нужно уходить, — продолжал упрямо лев, даже не пытаясь вникнуть в слова Воландеморта. — Авроры…