Действительно, эти имена продолжали жить не только в народном языке, как утверждали некоторые, но также в официальном. Последнее хорошо обнаружится, если мы перелистаем надписи. Они довольно точно отражают на себе официальную терминологию, так как одни из них, хотя и происходят из частного источника, являются произведениями людей из высших классов и даже государственных чиновников, другие даже начертаны по приказанию правительственных или общественных властей. Везде в них вы находите древние имена галльских народцев в том же виде, как они употреблялись до Цезаря. Возьмем в виде примера эдуев: они действительно дали своему главному городу завидное тогда для всех прозвище –
Итак, Рим не преследовал задачи искоренения древних национальных имен в Галлии. Жители этой страны брали римские имена, потому что все они понемногу сами становились римлянами. Народцы сохранили свои старые названия, потому что ни для них, ни для римлян не было надобности их менять[401].
Легкость, с которою удалось ниспровергнуть друидизм, вызывает изумление историка. Когда представляешь себе, насколько бывают живучи в душе людей религии, невольно ставишь вопрос: как могло произойти, что Галлия так скоро отказалась от своей старой веры; не успели смениться два или три поколения после завоевания, как страна уже покрылась храмами и алтарями, посвященными римским богам.
Современный мыслитель, исходя из идеи, какую он создает теперь относительно религий вообще, прежде всего склонен предполагать, что Галлия должна была изменить своей только вследствие жестокого гонения против нее со стороны победителей. Отыскивая аргументы для такого предвзятого толкования, новые ученые вообразили себе, что основа галльских верований была опасна для Рима, что их национальная религия являлась подходящим ферментом для мятежного брожения, что она должна была вызывать галлов к сопротивлению римскому могуществу и что потому именно Рим был принужден почувствовать необходимость ее искоренения[402]. Все приведенные рассуждения отражают на себе понятия чисто современного происхождения, и чересчур смело было бы судить в свете их о взглядах древних людей. Гораздо лучше будет изучить и рассмотреть вблизи факты, извлекаемые из источников.
Во-первых, следует выдвинуть здесь одно соображение, которое обыкновенно недостаточно оценивается, именно: что нельзя вполне отожествлять всю галльскую религию с друидизмом. Цезарь сам не смешивал первую со вторым[403]. В сознании галлов жила религия, божества которой были бесчисленны, отличаясь одни общим, другие – чисто местным характером, и обряды каждой заключались в различного рода «публичных и частных жертвоприношениях»[404]. Это была религия народцев-государств, семейств, всего населения и каждой личности отдельно[405]. Что касается друидизма, то он собственно был только жречеством. Он не обладал большою древностью, не существовал во всяком случае в эпоху первоначального заселения страны галлами, являясь учреждением, гораздо более юным, чем самая глубокая основа галльских верований; если верить Цезарю, друидизм даже не был созданием этой религии: он зародился за пределами Галлии, был внесен в нее извне[406]. Правда, он обнаружил большое могущество, поставив всю религию в зависимость от себя и не допуская, чтобы какой бы то ни было акт культа совершался помимо участия одного из членов корпорации[407]. Но параллельно с этим друиды вырабатывали особые, свои собственные верования, которые не разделялись всеми галлами; они держали даже свое учение втайне от народа[408], раскрывая его лишь осторожно избранным лицам в специальных школах, из которых главная находилась на острове Британия. Друиды управлялись своею иерархиею, стоявшею самостоятельно и отдельно от галльских государств, и подчинялись единому начальнику, власть которого распространялась на друидов всей Галлии. Друидизму свойственны были совершенно особые священнодействия; это были колдовство и ведовство; это было врачевание при помощи чар; это были человеческие жертвы для привлечения милости богов[409]. Одним словом, друидизм не сливался с религиею галлов, a лишь сосуществовал с нею.
Проследим шаг за шагом, что произошло после римского завоевания сначала с друидизмом[410], потом – с галльскою религиею вообще.
