И муж действительно наклонился к ее уху.
— Ты всегда прекрасна, не только сегодня, — прошептал он.
Как долго он ей такого не говорил! Неужели он ни о чем не догадался, неужели не понял, что его предала женщина — его женщина? «В любом случае, скоро кто-нибудь ему расскажет», — заметил дом. Массимо подошел к ней, чтобы поцеловать. Она позволила поцеловать себя. И почувствовала этот поцелуй, очень горячий. Последний поцелуй.
Анджела с Эммой засмеялись.
— Мама с папой обжимаются! — крикнула Генерал со смесью отвращения и веселья.
— От кого ты услышала это слово, Генерал? — Массимо с улыбкой погрозил дочери пальцем. Затем снова прошептал жене: — И я думаю, ты чудесная всегда, Фра.
В ее груди словно разорвалась граната.
«Ты всегда чудесная, чудесная, чудесная. Фра», — сказал дом.
— Массимо?
Массимо обернулся.
Франческа подыскивала слова.
— Что такое? — спросил ее Массимо.
«Хорошего дня», — сказал дом.
— Хорошего дня, — сказала Франческа.
Массимо улыбнулся ей, взял портфель и направился к двери. В этот момент музыка Фабрицио прогремела сквозь стену их дома. Несколько нот, несколько секунд, не более. Массимо поправил куртку перед зеркалом.
— А он молодец, этот наш сосед, — сказал он. — Верно, Фра?
Нет.
И будто едва начавшийся день был таким же, как и любой другой, Массимо отодвинул задвижку и открыл дверь.
— Хорошего тебе дня.
«Вы прощаетесь в последний раз», — сказал дом.
Франческе пришлось одевать девочек, чтобы отвести Анджелу в школу. Она выглянула в окно, снимая высохшую майку Эммы, и какая-то сила заставила ее взглянуть в сторону квартиры Фабрицио. «Смотри, — сказал дом. — Смотри. Фабрицио стоит у окна. Наблюдает за тобой. Ждет тебя. Смотри». — «Да пошел ты в задницу, дом», — сказала Франческа и, вместо того чтобы посмотреть налево, в квартиру Фабрицио, через силу посмотрела вниз. Массимо разговаривал с консьержем.
«Вот и все: бабах!» — засмеялся дом.
Франческа наклонилась ниже, но выражения лиц мужа или Вито ей различить не удалось.
Словно удар ножом в сердце.
«Что мне теперь делать, дом?»
«Твои проблемы», — ухмыльнулся дом.
Но затем он внезапно сменил тон: «Включи телевизор, Франческа».
«Телевизор? — спросила Франческа. — При чем тут телевизор?»
Дом не ответил, и она нажала на клавишу. Обычный новостной канал, который Франческа смотрела, не отрываясь, несколько дней подряд. На экране мелькали разрозненные трясущиеся кадры, словно человек, держащий камеру, бежал. Сначала аллея с деревьями, потом куст, потом подъем на холм и приземистое полуразрушенное строение, которое снимали сверху. Внизу экрана бегущая строка: «СРОЧНО — НОВОСТИ ОБ ИСЧЕЗНОВЕНИИ ТЕРЕЗИНЫ — СПЕЦИАЛЬНЫЙ ВЫПУСК». Голос комментатора пояснил, что полиция ворвалась в дом похитителя Терезы. Ворвалась? Им удалось? Репортаж вряд ли шел в прямом эфире, Франческа хотела взять телефон, но не смогла оторваться от экрана.
И правда, как их нашли? Они
— Мама, я опаздываю в школу, — сказала Анджела.
— Иди поиграй со своей сестрой, — ответила Франческа, ничего другого в голову не пришло.
Как в кино, сотрудники правоохранительных органов окружили хижину, лица закрыты масками, все готовы атаковать — по крайней мере, так казалось со стороны, на мутных кадрах теленовостей, — дула автоматов или какого-то другого, с неизвестным Франческе названием, оружия нацелены на
Казалось, что она оказалась
Входная дверь открылась. Это Массимо. Неужели он вернулся, чтобы сказать ей, что все кончено? Франческа вздрогнула. В животе образовался вакуум. Но он сел рядом, все внимание приковано к экрану телевизора.
Карабинеры стояли неподвижно, нацелив стволы на лачугу. Вдруг раздался выстрел. Сразу после этого все попадали на землю и поползли к хижине по-пластунски. Возможно, раздался какой-то крик.
Дверь открылась. Вышел мужчина. Блондин, длинные волосы падали на глаза, светлая грязноватая рубаха, наверное, та самая, в которой он был на видео, красные шорты. Он вышел с поднятыми руками и зашевелил губами — звука не было.
