– Уж поверьте, с хорошими связями у меня множество проблем. От меня постоянно какие-то части отваливаются и лежат, забытые…
Она подвела Норку к другой двери, чтобы указать на пост охраны за ней. Адолин обнял Навани и сел рядом.
– Она очарована им, – прошептал он Навани. – Я должен был догадаться, что так случится.
– Что на нем надето? – так же шепотом ответила она.
– Знаю, знаю, – поморщился Адолин. – Я предложил ему своих портных, сказал, что мы купим ему гердазийский мундир. Он сказал: «Гердаза больше нет. Кроме того, человек в мундире не сможет попасть туда, куда мне хочется попасть». Даже не знаю, что делать с ним.
В другом конце маленькой комнаты Норка рассматривал один из воздуховодов в каменной стене и кивал в ответ на объяснения Шаллан по поводу безопасности.
– Он замышляет, как удрать, – вздохнул Адолин, закидывая ноги на стол. – Сегодня ускользнул от нас
Навани посмотрела на новые, отделанные золотом сапоги Адолина. Это была уже третья пара, которую она видела на нем за эту неделю.
Прибыл Далинар, оставив двух телохранителей у входной двери. Он все пытался уговорить Навани взять несколько собственных охранников, и она всегда соглашалась – когда у нее было какое-нибудь оборудование, которое требовалось носить туда-сюда. И честно говоря, Далинару не стоило жаловаться. Как часто он бросал своих охранников?
В комнате было лишь несколько стульев и столик – тот самый, на который закинул ноги Адолин. Ах, мальчишка! Он никогда не откидывался на спинку стула и не задирал ноги, когда был в обычной обуви.
Проходя мимо, Далинар постучал костяшками пальцев по сапогам сына.
– Декорум, – сказал он. – Дисциплина. Добросовестность.
– Деталь, дуэль, десерт… – Адолин взглянул на отца. – О, прости. Я думал, мы говорим случайные слова, которые начинаются с одного и того же звука.
Далинар сердито посмотрел на Шаллан.
– Что? – спросила она.
– Он никогда не был таким до твоего появления.
– Буреотец, помоги нам, – беззаботно сказала Шаллан, садясь рядом с мужем и кладя руку ему на колено. – Какой-то из Холинов научился время от времени расслабляться? Конечно, луны сойдут с орбит и солнце рухнет на Рошар.
Ни Шаллан, ни Далинар не собирались признаваться, что ссорились из-за Адолина, – Навани подозревала, что Далинар будет упрямо твердить, что одобрил их брак. Но ему еще никогда не приходилось уступать кого-то из своих детей постороннему влиянию. Навани чувствовала, что Далинар слишком сильно винит Шаллан за перемены в сыне. Шаллан не заставляла его быть тем, кем он не был; более того, он наконец-то почувствовал себя достаточно свободным, чтобы осознать собственную личность не только в качестве сына Черного Шипа.
Теперь Адолин был великим князем. Он должен был сам решать, что это значит для него.
Со своей стороны, Адолин только рассмеялся:
– Шаллан, ты действительно жалуешься, что кто-то слишком напряжен? Ты? Даже твои шутки иной раз звучат так, словно ты с кем-то соревнуешься.
Она взглянула на него, а затем – вместо того чтобы поддаться на провокацию – как будто расслабилась. Адолин так действовал на людей.
– Ну конечно, – сказала девушка. – Моя жизнь – это постоянное соревнование со скукой. Если я ослаблю бдительность, вы обнаружите, что я занялась вязанием или чем-то еще ужасным.
Норка с улыбкой наблюдал за разговором:
– Ах… напоминает моего собственного сына и его жену.
– Я надеюсь, – сказал Далинар, – что они немного менее легкомысленны.
– Они погибли на войне, – тихо ответил Норка.
– Мне очень жаль. Буря бурь и Вражда дорого нам обошлись.
– Я про другую войну, Черный Шип. – Норка бросил на Далинара многозначительный взгляд.
Затем он повернулся к Навани:
– Великий князь упоминал карту, которую я должен изучить? Он сказал, что они будут ждать, но я не вижу здесь ни карты, ни стола подходящего размера, чтобы ее расстелить. Может, нам их принести? Мне очень любопытно посмотреть на расположение ваших войск против Приносящих пустоту.
– Мы больше не используем термин «Приносящие пустоту», – сказал Далинар. – Он оказался… неточным. Мы называем наших врагов певцами. Что касается карты, то она здесь.
Он посмотрел на Шаллан; та кивнула и вдохнула буресвет из сфер в своей сумке. Навани поспешила приготовить блокнот.
Шаллан и Далинар вместе призвали карту.
